4
0Но она рокотала далеко, похоже, у них под ногами, из чего Алексей сделал вывод, что они подошли к пропасти, и, чтобы попасть в скит, надо будет пройти по перекидному мосту.
Их конвоиры тем временем спешились. Пленных отвязали от седла и повели через мост первыми. Он, очевидно, был из жердей, так как ноги иногда проваливались в щели, застревали, и тогда вся процессия останавливалась, неудачнику помогали освободиться, и движение продолжалось снова — медленно и осторожно. Мост раскачивало, он кряхтел и, казалось, грозил вот-вот развалиться. Одно успокаивало: ратники преодолевали его каждый день, и не смертники же они на самом деле, если пользуются им столь часто.
Все же голоса конвоиров заметно оживились, когда их крохотный отряд ступил на твердую землю. Они принялись весело перекликаться со сторожами, которые оставались в крепости. Заскрипели, открываясь, ворота, затем, с таким же скрипом, закрылись за их спинами. Пленникам приказали остановиться. Они стояли плечом к плечу, и Константин успел шепнуть, что вряд ли их сейчас будут убивать, вероятно, вначале допросят. А это даст хоть какую-то передышку.
— Ведите их в холодную, — приказал женский голос. — И стражу поставить рядом с ними…
«Евпраксия… — подумал Алексей. — Живо она оклемалась!»
Подталкивая в спину, их провели, видимо, через двор, потом они преодолели дюжины две ступеней. Один из конвоиров долго гремел ключом, отпирая замок. Но, кроме замка, был еще и засов, который с трудом, со скрипом, отодвинул один из стражников. Что ж, пленников своих ратники веры охраняли достойно, не давая им ни малейшего шанса ускользнуть из-под стражи.
Но несмотря на все предосторожности, с которыми их доставили в крепость, а после поместили в темницу, Алексею до сих пор не верилось, что их с Константином вскоре убьют. Все эти события почему-то напоминали хорошо срежиссированный спектакль. И ему казалось, что кто-то вот-вот опомнится и воскликнет: «Ну все, господа, поиграли, и хватит! Расходимся по домам до завтра!»
Но эти слова так никто и не произнес, а вместо этого их довольно бесцеремонно втолкнули внутрь какого-то сооружения, потолки которого были настолько низкими, что и Алексею, И Константину пришлось пригнуться, чтобы войти. Двери темницы захлопнулись. И тогда с них сняли повязки.
Темница вполне оправдывала свое название. В ней не было ни одного окна, и свет не проникал сквозь плотно пригнанные стволы деревьев, из которых были выстроены ее стены. Посреди темницы возвышался столб, который поддерживал потолок. (Разве мог Алексей знать, что именно к нему совсем недавно был привязан Иван Вавилов?) Их тоже привязали за руки к столбу.
