Сибирская амазонка

Дверцу захлопнул, штаны натянул, после выглянул, только в огороде уже никого нет! Словно черти с квасом пообедали! Я подождал немного…

Нет, тихо все! Собаки, что до этого цепь рвали, притихли, ну тогда и я насмелился из уборной выскочить. Галопом промчался по грядкам… — Иван с надеждой посмотрел на Алексея. — Может, привиделось мне? Может, я задремал, а на усталую голову и не такое примерещится? Только, поверь, Алеша, я эту образину, как тебя сейчас, видел! И запах от нее! Псиной сильнее, чем от дворового кобеля, разит! Неужто и впрямь дикарь этот рыжий пожаловал? Или дикарка? Но это ж враки! Никита нарочно нам голову морочил.

— Не знаю, — Алексей оглянулся на заметно посветлевший проем — выход с сеновала. — Я теперь не удивлюсь, если этот дикарь к нам на сеновал заявится. Ведь кто-то вопил в тайге. Мы оба эти крики слышали. Единственное, что мне кажется подозрительным: слишком свободно он по атаманскому подворью разгуливал. И смотри, ведь никто в доме даже ухом не повел на эти вопли. Или они им не в диковинку, или в очередной раз решили нас припугнуть? И про близнецов не забывай. Этим паршивцам все, что угодно, может в голову прийти! Давай-ка на рассвете, пока все спят, следы посмотрим. Сдается мне, что это их забавы.

— Самолично крапивы натолкаю бездельникам в портки… — пригрозил Иван через силу и в следующее мгновение, сломленный волнениями и алкоголем, заснул без задних ног.

Заснул и Алексей. Он ни в малейшей степени не сомневался, что ночное свидание Ивана с «дикарем» — спектакль, учиненный двумя безобразниками, чьи уши давно напрашивались, чтобы их выдрали как следует.

В просветах облаков виднелось серое небо. Редкие звезды побледнели. От земли поднимался туман. Его клочья скользили и извивались среди кустов и деревьев словно живые. Было зябко, и оба сыщика основательно продрогли в своих суконных тужурках на рыбьем меху. Кроме того, они беспрестанно зевали, так как не выспались. Но тем не менее поднялись вмиг, как по тревоге, еще до первых петухов.

Цепочку следов они заметили сразу. Она пересекала огород по диагонали. Начиналась в лесу, за плетнем, туда же и возвращалась. Сыщики легко обнаружили то место, где владелец следов перемахнул через забор, а на его жердях оказалось несколько клочков бурой шерсти.

Конечно, все это легко можно было подстроить, начесав шерсти с любого станичного кобеля, но вот сами следы! Близнецы, при всей своей сметливости и ловкости, не смогли бы изобразить их с подобной точностью и достоверностью. Причем на отпечатке следа левой ноги отчетливо просматривался широкий рубец, видимо, шрам, а большой палец каждой ступни находился чуть ниже и под небольшим углом к остальным пальцам.