Шевалье

Но ждала она зря. Я сказал всё, что хотел и поковылял к тумбочке, собираясь натянуть на себя гамбезон и прочие элементы доспеха. Надо было прогуляться и выяснить, что вообще произошло в моё отсутствие. А заодно — сколько меня вообще не было.

— Скажи, ты и до перехода был такой задницей? — наконец не выдержала девушка, — Или это тут тебя перемкнуло?

— Понятия не имею, — равнодушно пожал я плечами, — Я уже почти не помню, что было там… В прошлой жизни. Да и была ли она…

В комнате повисла напряженная тишина. Айлин смотрела куда-то в сторону и нервно кусала губу, машинально теребя пальцами корешок книги.

— Ты тоже? — с трудом наконец выдавила из себя она.

— Что тоже? — голова противно ныла и всё ещё туго соображала.

— Тоже забываешь? — шумно выдохнула девушка, — Я, когда только попала сюда, поклялась сама себе, что постараюсь помнить всё, что было в той. Настоящей жизни. А теперь, спустя полгода… Я не могу вспомнить лицо собственной матери. Или имя моего парня. Эти воспоминания… Они будто исчезли. Стёрлись, будто их и не было никогда. А ведь я должна была это помнить. Просто обязана, если хочу, чтобы меня потом восстановили обратно прежней.

— Ты всё ещё надеешься? — грустно ухмыльнулся я.

— Ну да… — Айлин равнодушно пожала плечами, — Когда моё тело восстановят, меня вернут обратно, — она сделала небольшую паузу и неуверенно добавила, — наверное…

Я прошёлся по комнате взад-вперёд. Потёр виски пальцами, в надежде хоть как-то разогнать весь тот сумбур, творившийся у меня в голове. Затем шумно выдохнул, уселся на кровать, в упор посмотрел на Айлин и задал один единственный вопрос:

— Ты помнишь момент переноса?

Девушка вздрогнула, будто бы от неожиданности, а потом помотала головой.

— Нет. Только как переходила улицу. А потом тьма… И я просыпаюсь посреди какого-то старого замка, в котором никого нет.

— А я помню, — грустно ухмыльнулся я, — Странно даже, что тот же Ансельм тебе не рассказал про такую небольшую но важную деталь.

— Я пыталась его расспросить, — Айлин отложила книгу в сторону, и откинулась на спинку стула скрестив на груди руки, — Но он был не особенно разговорчив и постоянно уходил от ответа.

— А почему меня не спросила? — поинтересовался я, пристёгивая один из наплечников поверх гамбезона.

— Ну… — девушка замялась и едва заметно покраснела, — Я думала, ты тоже не знаешь. Да и потом ты всегда такой… Такой…

— Такая жопа, — ответила девушка, — Вредный и колючий. И фиг знает, на какой козе вообще к тебе подъехать, чтобы просто поговорить.

— Положение обязывает, — отшутился я, и добавил, — А если серьёзно, то если есть что сказать, то просто говори, а не ищи для этого удобный повод. Это там, во внешнем мире, у людей есть такая роскошь.