Шевалье

Щёлкнула тетива самострела. Пыльный, пропахший сыростью и плесенью воздух прорезал чёрный росчерк арбалетного болта.

— Бля-я-ять, су-у-ука, — прошипел Бернард падая на одно колено и руками хватаясь за черенок болта, торчащий у него из бедра. Набивные штаны возле его ладоней начали быстро пропитываться ковью, — Чтоб тебя стадо козлов ебало.

— Ну сейчас ты… — прошипела Айлин и одним плавным движением запустила в сторону посредника огненный шар. Тот стрелой пронёсся через весь амбар, разгоняя густую, пыльную тьму, и… растворился в воздухе прямо перед самым носом урода.

— И это тоже неверно, — посредник прошёлся взад-вперёд и достал из-под рубахи тусклый медный амулет, — Знаете, что это? О да, по глазам вижу, что знаете. Вы надеялись, что мы раньше не встречались с магиками? Да мы собаку съели на истреблении таких, как вы. Впрочем, хватит любезничать. Не для того мы все здесь сегодня собрались…

Внезапно откуда-то с улицы послышался лязг стали за которым почти сразу последовал отчаянный крик, переходящий в глухой хрип и бульканье.

— Мать вашу, это ещё что такое. Эйнар, бери своих ребят. Сходите, разберитесь. С этими мы сами закончим.

Четверо человек из тех, что стояли позади нас развернулись и выбежали на улицу.

— Айлин. По команде убирай тех, кто сзади, — шёпотом скомандовал я, — Тур. Хватай Бернарда за шиворот, и как только всё начнётся, тащи к выходу. Тащи, что было сил, ты меня понял?

Здоровяк молча кивнул. Айлин хотела что-то было, спросить, но я уже прикрыл глаза и представил себе… четыре туго натянутые тетивы самострелов. Толстые, сплетённые из конского волоса, упирающиеся в древки тяжёлых чёрных болтов, увенчанных узкими трёхгранными наконечниками. Четыре сразу. Непростая задачка. Совсем непростая. И после этого ещё нужно удержаться на ногах и попытаться прорваться наружу, пока ушлёпки будут метаться. Ладно. Кто не рискует, тот не побеждает. Щелчок.

Мгновение ничего не происходило. Один тягучий бесконечно долгий миг, отозвавшийся у меня в висках тяжелой, пульсирующей болью. Слабостью, тягучим ядом начавшей разливаться по рукам и ногам. Бисеринкам пота, выступившим на лбу и тут же впитавшимся в затёртый, заношенный подшлемник. А затем… Раздались четыре сухих щелчка.

— Давай, — выдохнул я, с трудом открывая глаза и покачиваясь из стороны в сторону. Айлин развернулась, и одним изящным движением метнула вторую огненную стрелу прямо в самый центр изрядно проредившегося вражеского строя.

На мгновение мне показалось, что внутри амбара вспыхнуло солнце. Но свет тут же померк, съёжившись до тучи огненных брызг разлетевшийся во все стороны. Тот бандит, которому «повезло» стоять в центре, превратился в пылающий факел моментально. Его отшвырнуло назад и пламя тут же охватило его с головы до ног.