7
0
— Обиделся? Неужели так трудно написать?
И снова игнор.
Тем временем, Наталья Леонидовна откланялась, сославшись на встречу с подругой, а шеф-повар Виталий отправился в номер, так как завтра с утра начинался второй этап кулинарной битвы, где у него были все шансы одержать победу.
Время близилось к полуночи, а за столом остались только я, Артем и Левицкий. Внезапно я почувствовала неловкость. Сейчас все выглядело так, будто я поздно вечером провожу время в ресторане отеля в компании двух импозантных мужчин…
Так себе расклад, скажу откровенно. Отметка на шкале моего настроения резко упала, обесценив все приятные моменты сегодняшнего дня.
— Уже поздно… Пойду-ка я в номер…
— Алин, не успокоюсь, пока не угощу тебя… — хитро подмигнул мне Левицкий. — Не волнуйся, это не «Ла сосиса»! — развязно хохотнул, делая большой глоток вина, — Но, если ты все-таки хочешь «Ла-сосиса», только скажи! Сразу почувствуешь руку опытного сосисье!
— Паш, мне, правда, уже пора… — натянуто улыбнулась.
В этот миг официантка вынесла поднос, заставленный всевозможными десертами: шоколадные, ягодные, со взбитыми сливками… Выглядели они роскошными и эстетичными, однако аппетит испарился, вместе с последними крохами моего приподнятого настроения.
— Алин, он прав, мы тебя не съедим… — Артем отложил планшет, проницательно заглянув мне в глаза. — Этот ресторан славится своей десертной картой, вот мы и решили продегустировать. Присоединяйся… — небрежно бросил, кивнув на накрытый, словно скатерть-самобранка, стол.
Мужчина внимательно за мной наблюдал тяжелым практически осязаемым взглядом. Бр-р. Не выдержав его подавляющей ауры, я первая разорвала зрительный контакт, не к месту вспомнив, как на днях Саша прожигала дыру у Артема между бровей, в итоге выиграв в их безмолвном сражении.
Семнадцать лет, а уже с пулей в голове… Вот уж точно, бандитская дочка!
К слову, никакого наказания за ее выходку с вином так и не последовало. Стажерке даже выговора не сделали, чему Наталья Леонидовна несказанно удивилась, ведь шеф увольнял и за меньшее…
— Звучит заманчиво, но я пойду. Завтра рано вставать… — хотела уже подняться, но отвлеклась на смесь шока и удивления, отразившуюся у Левицкого на лице.
На автомате повернув голову, я почувствовала, как сердце резко ухнуло вниз…
К нашему столу приближался Кирилл.
Но… почему он меня не предупредил?
От волнения, разливающегося по артериям, мне стало нечем дышать.
— Ох ты ж, боже мой! Вы только посмотрите! И каким ветром вас, Кирилл Александрович, к нам занесло? — паясничал Левицкий.
— Не помешаю? — обмениваясь рукопожатиями с мужчинами, Воронов смотрел мне в глаза.
— Конечно, нет… — произнесла я почти беззвучно, исследуя его хмурое лицо.
