8
0Невысокие и слабые от природы люди почти всегда тянутся к силе. Чаще других они встречаются в зале и усерднее других тренируются. Имре крепок. Руки и ноги в тугих узлах мышц.
...Фельди на помосте. Ему сразу же начинают помогать «родные стены». Зал встречает любимца дружным криком:
Но сильнее всех Миякэ.
Что говорить Стогову в утешение? Ругаю плохих судей. Стогов соглашается:
— Факт. Сбили меня с первых подходов. Но не в этом суть. Устал я за эти годы. И потом бесконечные прикидки: все решаем, кто первый номер в нашей сборной. Воюем друг с другом на родной земле, выкладывая силы. Ерунда какая-то. А я уже не молод: не могу выдержать лишнюю нервотрепку. Вот... — Стогов отвернулся и закусил губу. Швырнул ботинки в свой знаменитый портфель-ветеран.
В отель я вернулся разбитый, снедаемый горькой обидой за товарища. Надо было писать отчет в газету. Писать не хотелось. С вожделением глянув на кровать, сел за стол.
Я размышлял о проигрыше Стогова и о грустных словах, сказанных им, а перед глазами стоял счастливый японец. И шумел восторженно зал. Кое-как я составил и передал рано утром заметку в Москву.
«Старт будапештского чемпионата мира по штанге оказался неудачным для нашей команды: пятикратный чемпион мира Владимир Стогов остался третим.
Дважды японский штангист Миякэ пытался завоевать золотую медаль чемпионата мира в легчайшем весе. Впервые это было на Римских Олимпийских играх в 1960 году. Тогда его погубила неопытность. Он поражал рекордами на тренировках, а на соревнованиях был, как выжатый лимон, и едва не получил нулевую оценку в одном из движений троеборья — толчке. Год спустя в Вене опыт Стогова опять оказался более сильным оружием, нежели удивительные мускулы Миякэ. Лишь на чемпионате мира в 1962 году сбылась мечта японского студента-литератора: он «вырвал» долгожданную победу с внушительным рекордом в сумме троеборья — 352,5 килограмма.
Второе место вновь досталось венгерскому атлету Фельди».
...Каждый вечер соревнования. Семь весовых категорий. Семь вечеров. Каждый день великая трансформация происходит с человеком, выступившим накануне.
Если проиграл — смиренная покорность судьбе и засевшая глубоко в сердце надежда на обязательный успех в будущем. Такие тренируются неистово и помногу.
Некоторых победа делает нахалами. Человек становится заносчивым и едва цедит слова сквозь зубы.
Третьих победа кружит, как в танце. Им кажется, что мир только и делает, что интересуется их особами.
Тот, кто побеждает не первый раз, в той или иной степени проходит через все это. Но встречаются атлеты, как бы застывшие в одном состоянии и реагирующие на успех всегда одинаково.
...Весь день моросил дождь.
