12
0Несносное упрямство!»
Я знаю, на уме-то у него другое: «Какова находка! Реклама, и никаких затрат! Игра стоит свеч...»
Злость? Обида? Их у меня нет.
Почему я рискую? Ведь тяжесть, признаться, страшная.
Миллион — страховая цена моих ног.
Как я раньше не застраховался, болван! Ведь деньги за искалеченную ногу — сразу на бочку. Эх, сообразил бы года три назад — скольких мучений избежал! В славе тогда жил. Она бы свое сделала. И страховые условия отхватил бы повыгоднее. И сумму пожирней! Честное слово, с них не грех и взять побольше. Но кто знал? Всегда так: задним умом крепок.
Я застраховал ноги после той истории с тальком. Сам-то не хотел страховать. Компания уговорила. Опять реклама.
Условия договора вызубрил наизусть. Со знающими людьми переговорил. Дело верное, не сорвется.
Сейчас побольше разверну больную ногу стопою наружу. Вес на штанге достаточный.
Затем резко вниз... Я проконсультировался с нашим лучшим хирургом. Он уверен: отрыв костной ткани обеспечен.
И миллион мой! Плевать на всех и жить!
Ладони скользят. Гриф влажный. Пот с моих рук. Эх, судьбина!
А ветер унес белые борозды.
Огромная тяжесть согнула гриф. Сейчас. Ноги врастают в пол. Едва-едва отрываю их.
Шаг. Штанга вздрагивает. Я замираю. И мы долго раскачиваемся вместе.
Прислушиваюсь к тяжести на плечах. Осторожно, а то сломает, да только не в колене.
Левую ступню в сторону. Кажется, все.
Приседаю! Оно! Рвется что-то в колене! Боли не чувствую...
Удивительно, но я, кажется, могу встать!..
Потом сижу, отдыхаю. Холодная стена приятна освежает разгоряченную спину. Меня колотит от возбуждения. Страха нет.
Незаметно ощупываю колено. Досадно. Это не то, что мне нужно. Придется повторить, чтобы наверняка.
Закрываю глаза. В душе пустота, ни единого чувства в ответ. Словно не я, а кто-то другой калечит свои ноги.
Вероятно, мал вес: я неплохо поднялся с ним. Надо еще добавить. В этом все дело.
Преодолевая неприятное ощущение какой-то перемены в суставе, иду к штанге. Иду ровно, как всегда.
Надеваю диски. Тренер услужливо помогает. Суетится.
Да, раньше один вид вереницы больших дисков перевернул бы меня. Сейчас нет. Много, ну и что?
Ого! Половина зала уже забита. «Друзья», как стая голодных собак, уселись кругом.
Толпа растет. Люди жадно разглядывают меня и штангу. Десятки нетерпеливых глаз.
Тренер взволнован. Я толком и не пойму, что он говорит. Он забегает вперед и заглядывает мне в глаза. Его снова терзают сомнения. Он противен мне. После я все скажу ему. Все, что думаю!
...Тяжесть, словно гигантская рука, с неимоверной силой придавила меня к полу. Я увидел прямо перед своим лицом серые выщербленные доски помоста. Совсем близко. Штанга сжала меня так, что рот свело судорогой, и он съехал в сторону.
