2
0— Начнете сейчас детками меряться, как маленькие в самом деле.
Морозов с Салтыковым в этот момент смотрели друг на друга и сопели от негодования. Этот вопрос часто сталкивал их лбами и оба они готовы были биться в подобной ситуации до последнего, потому, как и один, и другой своими детьми довольны не были.
Андрей Денисович не принимал выбора своей дочери, потому как мог создать ей более блестящее будущее. Она могла стать одной из самых богатых и видных невест Российской империи, а вместо этого выбрала путь ученого в Департаменте.
Арсентий Борисович, в свою очередь, прекрасно понимал, что вырастил сорняк и теперь ему не на кого оставить свою финансовую империю, которую он так тщательно создавал.
— В общем, думаю так, — взял слово Болотов, когда напряжение немного спало и его приятели прекратили раздувать ноздри, как два разъяренных быка. — Мне, если честно, глубоко плевать, почему Ворон стал так сильно переживать за этого щенка. Может быть, он и в самом деле переведен сюда из-за своей успешной службы Отечеству, а может быть, дело в другом… Но мне не плевать на сам факт того, что Соколов теперь находится под крылышком у Императора.
— Мне тоже, — вставил Морозов и сбил пепел со своей сигары.
— Кроме того, мальчишка собирает себе команду, чтобы нас прищучить, — продолжил Кирилл Романович, не обратив внимание на реплику своего друга. — В общем, как обернется дело — неизвестно, но может статься так, что о нашем… скажем так, деле, которое произошло два года назад, узнают те, кому знать об этом не нужно.
— Вот сука, до чего ведь дошло! — сказал Салтыков скорее вообще, чем кому-то конкретно.
— Ну, а если так, значит, нам нужно перерезать единственную ниточку, которая к нам ведет, — сказал он и посмотрел на уставившихся на него герцогов. — Только один человек знает, что произошло на самом деле, так что, нужно от него избавиться. Что вы думаете по этому поводу, ваши сиятельства?
— Ты же слышал, что сказал Ворон, зачем рисковать? — спросил у него Морозов и подкрепил свой вопрос тяжелым вздохом. — Тайная канцелярия это тебе не театр юного зрителя, там шутить не будут…"
"— Я вот тоже так думаю, — погладил подбородок Салтыков.
— Да что вы обоссались сразу, я понять не могу? — повысил голос Болотов. — На них цыкнули и они попрятались как шавки по углам! Вы что, хотите, чтобы вам как и старшему Соколову на площади головы посекли?
— Кирилл Романович, ты на глотку-то не бери, — прорычал Морозов. — Сказано тебе — Соколова не трогать.
