Рождённая в ночи

Проще говоря, это его задело! И ещё как! И кто ему это сказала? Единственная женщина, которую он хотел защищать и оберегать!

— То, что ты не хочешь меня видеть — я как-нибудь переживу, — зло сказал он, и его горячее дыхание обожгло щеки девушки. Он придвинулся к ней вплотную, и теперь его обнаженная грудь расплющила её нежную грудь. — Но с чего ты решила, что я тебя отпущу?

Лана быстро пришла в себя от удара головой. Тупая боль отозвалась в верхней части тела. То, что он бесцеремонно обращается с ней, ещё больше подлило масла в огонь и распалило её обиду.

— А я и не буду спрашивать твоего разрешения, князь Сандровский!

— Будешь, милая, ещё как будешь….

Её губы были в непозволительной близости от него. Ему ничего не стоило склонить голову и впиться в них, познать и выпить до дна их сладость.

Он бы так и сделал. С другой женщиной. Более того, давно бы перегнул её через раковину, задрал юбку и удовлетворил свою похоть.

А этой боялся причинить даже легкую боль…

Наоборот, её слова ранили его, задели мужское самолюбие. И он захотел, чтобы она думала по-другому. Мало того, он желал, чтобы она нуждалась в нём!

— Ты меня не остановишь! — продолжала гнуть свою линию Лана, хотя теперь, прижатая к стене, это становилось проблематичнее. Да и обида стала спадать….Чего она, правда, переполошилась? Ей пора понять, что Велест отличается не простым характером, и он привык, чтобы его беспрекословно слушались.

С её стороны было не разумно затевать ссору, когда он не в духе.

А его полуобнаженное тело, которое находилось в непозволительной близости, сбивало с мысли и лишало воли. Ей отчаянно захотелось прижаться к нему сильнее, и снова почувствовать его ласковые прикосновения, от которых её кожа начинала сладостно гореть.

— Я тебя никуда не пущу, — зло сказал Велест, и его брови сошлись на переносице. Он был полон решимости оставить Лану при себе. Она никуда не поедет и точка! И ему наплевать, что она себе нафантазировала!

Неприятное чувство, что ему придется удерживать её силой, черным облаком распространилось в груди. И въелось в кровь.

— Привяжешь к кровати? — Лана попыталась пошутить, потому что злиться она перестала. Она была миролюбивым человеком, и быстро отходила после ссор. Она всегда считала, что любое недоразумение можно решить с помощью продуктивного разговора. Велест вывел её из себя, но теперь ей хотелось перестать ссориться.

— А это не плохая идея, — у Велеста от перспективы, что он привяжет Лану к кровати обнаженную и покорную, закружилась голова, а член зашевелился и налился силой.