5
0Потому что больше не будет того безоговорочного доверия, что присуще нашим отношениям. Появится страх всё испортить, ошибиться, это породит кучу других сомнений. Не знаю, что Тимур себе нафантазировал, но лично я к такому не готова. Я слишком дорожу дружбой с Громом, чтобы позволить себе её лишиться из-за мимолётных эгоистичных побуждений.
Андрей – единственный человек, рядом с которым я могу быть собой без прикрас. Сколько раз он видел меня заплаканную с опухшим носом и соплями, умирающую от болей в животе во время месячных? Не счесть. Даже домой на руках нёс однажды, потому что у меня температура резко поднялась на уроке, а родители на работе были и забрать меня так сразу не могли. Так же, как и я не раз видела его в самые худшие периоды жизни. Он тоже умеет плакать, хотя едва ли кто-то ещё знает об этом. Но потому что он мой лучший друг! А я его! Другу можно и не такое доверить. Но никак не своей паре. Так что, нет. Ни за что!
Не буду скрывать, когда-то давно, в далёком детстве, при первой нашей встрече с Громовым Андреем я подумала, что это самый красивый мальчик, которого мне только доводилось видеть. Его серые глаза искрились смехом и добротой. Он был одет в чуть великоватый ему школьный костюм синего цвета, а в руке держал красивый букет из лилий и роз. Помню, я ещё спросила: «Это мне?» – и Андрей, не задумываясь, и впрямь отдал его мне под весёлый смех наших родителей. Понятное дело, что цветы предназначались классному руководителю, но в итоге неделю стояли в моей комнате, а я счастливо вздыхала, глядя на них перед сном, и рисовала нас с Громом вместе в свадебных нарядах.
И за партой одной мы тоже оказались благодаря мне. Его хотели посадить с другой девочкой, но я уселась рядом с ним, опередив её. Учитель пыталась донести до меня, что так нехорошо, что я нарушаю дисциплину, но я стойко выдержала её натиск, оставшись сидеть, где была.
«Рядом с ним буду сидеть только я. Всегда», – сказала я тогда, и всем пришлось сдаться и уступить мне. Даже Андрею, который, собственно, и не был особо против. Зато угостил меня шоколадкой и позвал гулять после школы.
Но это было так давно. Мы выросли, повзрослели, чувства тоже поменялись. Да и сам Гром… Если бы хотел быть со мной, обязательно дал бы это понять. Показал. А он ничего не делал. Наоборот, пожелал мне счастья с Гришей, когда узнал, что мы вместе. Так что непонятно, с чего мой сын вдруг решил, что между нами что-то возможно. Это точно не так. О чём я ему и сообщаю в очередной раз.
– Тогда и я не буду мириться с Диной, – выдаёт Тимур на это с мрачной ухмылкой. – В конце концов, ты мать. Покажи пример сыну.
И быстренько сваливает из машины, пока я отхожу от шока подобного заявления.
Не ребёнок, а одна сплошная головная боль иногда! Даром, что давно за двадцать.
