3
0Может, согласиться и взять деньги? Вокруг меня — беспринципный мир циничных властных мужчин, и они снова взялись мне доказывать, что это им решать, стою я чего-либо или нет.
С губ сорвался нервный смешок.
Я могу испортить Волкодаву настроение пару раз. Или попробовать доказать, что способна ему ассистировать. Никогда не отличалась прагматичностью, а вот слабоумие и отвага — это про меня.
— Пройдемте, — наконец, позвал охранник, и я направилась за ним.
Вопреки ожиданиям, меня просто проводили в ординаторскую, где никто не собирался меня инструктировать. Знакомый бардак.
Из-за стойки мини-кухни вынырнул Сава, да так неожиданно, что я схватилась за грудь:
— О, Лара! — И он брякнул сахарницей о столешницу. —Ну как аудиенция с Волкодавом прошла?
— Нормально, — выдохнула сдавлено и прошла к нему. — Тут можно кофе или чаю выпить?
— Конечно, — с энтузиазмом кивнул Сава. — Тебе чего? Кофе или чаю?
— А можно и то и другое?
— Перенервничала? — понимающе улыбнулся он. — Садись, сейчас все будет!
Знакомиться со мной никто особо не горел желанием. Ну что ж… Если главный хирург не жалует команду, то с чего команде его жаловать? Только как эта команда в таком раздрае вообще функционирует?
— Слушай, а тут что, столько кардиологических пациентов?
— Не, пациенты тут всякие. Князев просто главный над всеми.
— Неужели их тут так много, что понадобился свой операционный блок?
— Ты знаешь, я предпочитаю не задавать себе лишних вопросов, — глянул на меня Сава. — Тут много странного, но я буду следовать правилу, которое настаивает на отсутствии вопросов. Просто делай свою работу. Это мой тебе совет.
А совет-то вполне себе вменяемый. Я вздохнула, протягивая руки к вожделенной чашке кофе:
— Так а что Волкодав-то? Он же сказал, что ты ему не нужна…
— Его переубедили, и он снизошел, — пожала я плечами.
Не собиралась никому ничего тут рассказывать. Плохо ведь другое — я понятия не имею ничего о пациенте, которого предстоит сегодня оперировать Волкодаву. А он не обязан меня инструктировать. И никто этого делать не собирается.
Я напряженно вздохнула.
— Сегодня у Волкодава только одна операция, — и Сава кивнул на доску на противоположной стене. — Пересадка сердца. Но здесь вообще их очень много делают, насколько я… в общем… Ну ты поняла.
Он стушевался и отвернулся к чайнику. А я решила принять ситуацию и действовать по обстоятельствам. Но для начала согреться. Только не прошло и десяти минут, в ординаторскую вошел отрешенного вида мужчина в форме младшего врача и молчаливо положил передо мной планшет. Сава проследил за ним взглядом, а я уставилась в экран. Собственно, на нем было все, чего мне не доставало. Князеву предстояла пересадка сердца после лапаротомии.
