6
0Я устала, что за меня все решают мужчины, у которых больше связей и силы!
Князев все это время мрачно глядел на меня исподлобья, а в конце моей тирады прикрыл глаза на несколько мгновений, и я решила, что это — мой шанс. Но когда я поднялась и сделала шаг к двери, в спину вдруг ударилось едкое:
— А, может, тебе так нравится ординатор, с которым ты прячешься по раздевалкам?
Меня парализовало. Надо было срочно отмирать, максимум — вздергивать нос и удаляться восвояси, не опускаясь до всей этой грязи, в которую меня вдруг макнули… но вместо этого я спокойно посмотрела Князеву в глаза:
— Само собой. Хороший секс никому не вредит, а вот вам — прямо показан! И чем быстрее, тем лучше! Вы не говорили с каким-нибудь врачом? — и я с картинным интересом вздернула брови. — Психиатр вам нужен, Ярослав Сергеевич! А то вы совсем уже… заработались, в смысле.
То, что губы Князева медленно поплыли в пугающей усмешке, я заметила не сразу. Как и то, что он плавно поднялся с кресла и направился вокруг стола, отрезая мне путь к двери. Я была слишком занята своей смелостью, покалывающей по всему телу жгучими мурашками. А когда выдохлась, Князев уже стоял так близко, что меня окатило страхом. Я только взвизгнула, когда он одним движением схватил меня за шею и притянул к своему лицу:
— Поговорил вот с тобой, — оскалился, глядя на меня своими странными глазами, в которых снова вспыхнули и заскакали отражения солнечных зайчиков. — С назначениями согласен.
Я зажмурилась и будто рухнула в холодный бассейн, когда почувствовала, как его жесткие губы сминают мои…
_______________________
Продолжение будет сегодня!
________________________
Уважаемые читатели, на проходит большой благотворительный розыгрыш моих печатных и электронных книг. Не пропустите:
https:// /ru/blogs/post/667621
Дыхание застряло в легких, сердце окаменело, ошпаренное адреналином, а тело потеряло контроль. А Князев и не думал тормозить — впивался в мой рот с таким голодом, будто сошел с ума! И я — тоже, потому что ни черта не могла сделать. Дышала — и то хорошо! Под кожей бегали горячие токи, но кровь потихоньку отливала от лица, и я уже почувствовала, что язык достаточно окреп, чтобы внятно возмутиться, когда Князев вдруг стиснул руки на моей талии и усадил на стол. Мои ноги сжались на его бедрах, а его пальцы вплелись в мои волосы, и я прогнулась, поддаваясь его рукам и губам, когда он обжег ими кожу на шее.
Князев смел меня, как волна — накрыл с головой, не позволяя ни выплыть, ни вздохнуть. Он распластал меня по столу, вжимаясь бедрами между ног, и не позволял опомниться. Я захлебывалась воздухом от его напора. Не было никакой возможности вздохнуть, чтобы возмутиться, потому что в следующий миг он затыкал мне рот своим, оставляя чувство легкого головокружения от нехватки кислорода.
