Разбей сердце принцессы

На меня таращатся все. Даже вошедшая горничная, явившаяся только с одной целью – убрать ненужную посуду и поставить на стол тарелки с десертом. Даже она пялится, едва уловив тему разговора. Горничные – те ещё сплетницы. Наверняка затем она выйдет и поделится новой серией их любимого сериала о событиях семьи Норвуд.

– Об этом ты говорила, когда упоминала некую свободу?

Я вообще не могу понять эмоции отца в данный момент. Он рассержен заявлением Гая или просто удивлён?

Прочистив горло, беспомощно отвечаю:

– Не совсем, конечно, но… Можно и так сказать.

Сама не ведаю, что за чушь я несу.

Никогда и в мысли не приходил переезд к Гаю. Вероятно, только сейчас я вдруг осмелела, потому что просто подвернулась такая возможность.

– Ты хочешь уехать из дома, – снова заговаривает мама. Это не вопрос, а просто констатация факта. Будто она таким образом убеждается в том, что всё услышала верно.

– Не волнуйтесь, мистер и миссис Норвуд. – Гай улыбается краешком губ, та самая улыбка, которая заставляет доверять её обладателю. Необычная способность. – Я не собираюсь красть вашу дочь. И она не собирается покидать ваш дом.

Вы, вероятно, неправильно поня…

– Нет, всё правильно, – перебиваю его я. – Всё правильно вы поняли. – Удивляясь непонятно откуда взявшейся смелости, как ни в чём не бывало продолжаю: – Разве у нас уже не состоялось свидание? Теперь мы вполне можем считаться настоящей парой.

Папа издаёт нервный смешок. Я впервые за долгое время вижу такое удивление на его лице.

– Ну, я согласен, – произносит он. – К тому же я уже наводил на тебя справки. Ты чист.

Гай усмехается, видимо, испытывая к Джереми Норвуду хорошие чувства.

Вряд ли своими шутками он его оттолкнул.

– Так, значит, у вас всё настолько серьёзно? – говорит папа, а потом вдруг хитро улыбается: – Не знай я о тебе столько, сколько знаю сейчас, давно бы прогнал из своего дома и не подпускал к Лине ни на шаг, но… Знаешь, мой брат всё же работает в полиции. Прозвучит ли это неуместно или нет, я разузнал о тебе всё. Моя дочь впервые так сблизилась с парнем, что я не видел другого выхода.

Гай издаёт смешок. А вот я очень злюсь. На отца и на его прямолинейность.

– Надеюсь, я оправдал ваши ожидания? – спрашивает Гай с непринуждённым видом, словно то, что чей-то там отец копался в его жизни и информации о нём через полицию, нечто обыденное для него.

– Более чем, – папа улыбается. – По крайней мере, никаких сведений о задержании полицией или нарушении законов о тебе нет, Гай Сильва.

Я громко цокаю, дав папе понять, что невежливо и даже очень грубо такое говорить в лицо человеку. Но Гай остаётся холоден к этой информации.

– Ты выглядишь хорошим парнем и ведёшь себя соответствующе, – добавляет отец.