0
0– Пообещай, что не побежишь тут же распространяться об этом всему дому.
Девушка поворачивается ко мне всем телом и заинтересованно смотрит на меня, ожидая продолжения. А я действительно продолжаю:
– У тебя есть ключ от двери, верно?
– Да… – Она тут же меняется в лице, словно всё сразу понимает. – Постой… Ты что, хочешь, чтобы я тебе его отдала?
Молчу, но ответ слишком очевиден.
– Нет, Лина, – говорит Моника. – Я не могу, ты же знаешь.
– Ну пожалуйста! Я не хочу сидеть здесь вечность!
– Твоя мама будет очень недовольна. Она же убьёт меня!
– Я ей не скажу. Я скажу, что сама выкрала у тебя ключ… Прошу, Моника! Мне нужно сбежать отсюда на время… Хотя бы на несколько дней.
Глаза девушки вмиг расширяются после моих слов. Рот раскрывается.
– На несколько дней?! Ты с ума сошла? Зная своих родителей, ты хочешь пойти на такое?
Звучит так, будто мои родители – дикие звери, которые не оставят от меня и мокрого места. Забавно, потому что папа с мамой никогда не поднимали на меня руку. Да, они воспитывали своих детей в строгости, равно как и бабушки и дедушки, дяди и тёти, но никогда ни один член нашей семьи не опускался до того, чтобы нанести физический вред своим детям.
– У меня нет выбора, Моника. Я должна уйти отсюда на время.
– И куда ты пойдёшь? К своему Гаю?
Вспоминая нашу последнюю встречу, я чувствую тепло на сердце. Но мой будущий побег на этот раз не связан с Гаем, как бы это ни было удивительно.
– Нет. К подругам. Я хочу проучить маму. Да, может, глупо, и да, я уже пыталась однажды, но сейчас она перешла все границы.
Моника хмурится, потом задумывается и выдаёт:
– Это он так повлиял на тебя? Все в доме только и говорили о том, какая ты милая и послушная девочка.
Мои последние действия опровергают рассказы обо мне. Мой неуважительный тон… Так вот чего на самом деле боится мама. Она знает, что я никогда не пойду на интимный контакт с парнем, которого тем более едва знаю. Понимает она и то, что я не позволю ему коснуться меня, ведь я подготовлена физически. Подвальный спортивный зал у нас дома и мой тренер тому свидетели.
Она просто боится выпустить меня на свободу.
Она боится того, что я перестану быть маленькой девочкой.
Решаю поступить немного иначе, чем обычно, потому что для сохранения вежливости я слишком сейчас зла.
– Моника, дай мне ключ. – Теперь я уже не умоляю, не прошу. Я приказываю.
Но я по-прежнему вижу, как Моника колеблется. За то время, что я знаю эту девушку, мне удалось понять, что её сердце слишком мягкое и доброе. Вряд ли она решится меня ослушаться.
И вот наконец горничная отвечает:
– Ладно… Хорошо. Я дам тебе сбежать… Но Мэри ни слова!
Я вскакиваю с кровати и улыбаюсь ей в знак признательности.
