2
0Шарлотта не могла придумать ничего достойного в ответ. Да и предполагала, что он его не ждет. И оказалась права, когда через несколько секунд он продолжил:
— А Вы собирались быть подружкой невесты? Сидеть в церкви на передней скамье и наблюдать, как я стою возле алтаря и жду Лидию?
Она содрогнулась из-за выражения на его лице. Он выглядел разъяренным, но также и обиженным… и очень старался это скрыть.
— Я собиралась сказать Вам, — прошептала она. – Клянусь всеми святыми…
— О, пощадите меня от своих мелодрам, — оборвал он ее, беспокойно шагая по комнате. Казалось, стены разойдутся из страха перед его неистовой энергией.
— Я собиралась сказать Вам, — продолжала настаивать Шарлотта. – Сразу после того, как убедилась бы в благополучном уходе Лидии, я собиралась найти Вас и все рассказать.
— Вы собирались прийти в мою комнату? – спросил он.
— Ну… вообще… — пыталась защититься она. – Вы же были здесь, в библиотеке.
— Но Вы то этого не знали.
— Нет, — признала она, – но…
Она не успела договорить, потому что он в мгновение ока оказался рядом и пленил ее, положив руки на ее кресло с двух сторон. Его лицо оказалось прямо напротив ее лица.
— Вы собирались прийти в мою комнату, — повторил он снова. – Это было бы интересно.
Шарлотта ничего не сказала.
— Вы разбудили бы меня? – прошептал он. – Погладили бы по щеке?
Она посмотрела на свои руки. Они дрожали.
— Или, возможно, — сказал он, еще ближе придвигаясь к ней, так что она уже могла чувствовать его дыхание на своих губах, — разбудили бы меня поцелуем?
— Прекратите, — сказала она севшим голосом. – Это Вас не достойно.
— Вы едва ли имеете право ставить под сомнения чей-либо характер, мисс Торнтон.
— Я собиралась сделать то, что считала правильным, — резко выпрямив спину, сказала она.
— Вы считаете, что это было правильным? – с отвращением, звучащим в каждом слове, переспросил он.
— Согласна, возможно, не совсем, — допустила она. – Но так было лучше всего.
— Лучше всего? – отозвался эхом на ее слова Нед. – Лучше всего оскорбить человека перед сотней людей? Улизнуть среди ночи вместо того, чтобы нести ответственность за свои поступки?
— А что бы Вы сделали на моем месте? – потребовала она ответа.
Нед надолго затих. Затем, что бы восстановить самообладание, отошел к окну и оперся на подоконник.
— В этом мире нет ничего, — сказал он очень серьезно, — чтобы я ценил больше, чем честность.
— И я, — эхом отозвалась она.
Его руки так сильно ухватились за край подоконника, что побелели костяшки пальцев.
— Правда? – спросил он не оборачиваясь, чтобы посмотреть на нее, явно не доверяя своей выдержке. – Тогда как же Вы это объясните?
— Я не понимаю, о чем Вы, — сказала она, глядя на его спину.
