6
0Хлопнула дверь, а затем донеслось приглушенное наигранно возмущенное:
– Есть же Эйфелева башня, Биг-Бен, Колизей, наконец! В школе это проходят. Ты плохо проверяла у нее уроки! Потянуло же девочку окуней ловить…
«Спасибо, Полина», – мысленно поблагодарил Егор.
Катюшка стояла, прислонившись спиной к стене и опустив руки. Улыбка, сначала робкая, а затем широкая и светлая, озарила ее лицо. В груди задрожало волнение, но счастье затопило его, и стало хорошо, просто очень хорошо.
– Мы уезжаем, – коротко сказала Катя первое, что пришло в голову.
– Чемодан почти собрали…
– Как ты себя чувствуешь?
Егор подошел к Кате и замер. Она ждала, и он безошибочно чувствовал это: один жест, один поцелуй – и обратной дороги не будет. Волосы до плеч, немного вьются, аккуратный носик, щечки, губы…
Он искал ее несколько дней или вечность?
Он знает ответ, и знает его давно.
Маленький теплый котенок, малявка, без которой не будет радости в жизни.
– Я… – прошептала Катюшка, и ее глаза неожиданно наполнились слезами. – Ты колючий…
– Да, давно не брился, – ответил Егор и добавил: – Иди ко мне.
Он прижал ее к своей груди так сильно, что стало трудно дышать. Слова тоже где-то застряли, но в первые минуты они все равно были лишними – лишь шорохи одежды сопровождали смелые и несмелые движения.
Катюшка устремилась к его губам, и Егор поцеловал быстро и коротко, затем уткнулся в шею, втянул упоительный аромат нежной кожи, скользнул ладонями по спине вверх и вниз, чуть приподнял край кофты, но остановился. Вернулся к губам и теперь целовал долго, глубоко, получая отклик на любое свое желание. Катя таяла, отдаваясь целиком и полностью – и за это Егор был благодарен, это было особенно дорого.
– У меня раньше никого… то есть я… – тихо произнесла она, опустив голову. – Наверное, ты так не думал… ну, я же приехала сюда не одна… но я не собиралась… и я запирала дверь на замок, – Катюшка вздернула подбородок и со страхом заглянула в потемневшие глаза. Что он теперь скажет? Хорошо это или плохо? И понятно ли она объяснила? Опять она получается маленькой, а мужчинам нужны женщины опытные… или необязательно?
Егор ее понял. Он удивился, но ответить ничего не успел, потому что за дверью раздался трубный глас Петра Петровича: «Катя! Катюша!!!»
Шурыгин, решив все вопросы, мечтал только об одном: увидеть дочь, обнять и увезти в Москву как можно скорее. Только тогда он успокоится! Черная полоса закончится, и настанет мир и покой. Никита сказал, что Катя собирает вещи. Это замечательно, значит, задержек не будет.
Петр Петрович дернул ручку первой двери, затем второй и сразу увидел Катю – свою малышку.
