Путь одиночки

Тупые! Данила аж сморщился при виде такой работы бывших соратников… И понял вдруг: да, он теперь воспринимает их как бывших.

Фургон отъехал метров на двадцать назад, чтобы не мозолить глаза у входа.

Значит, подлец ты, майор. Слил капитана Астрахана. Не стоит туда ходить. Расплатившись, Данила направился к задним дверям кафе, но тут на ум почему-то пришло воспоминание о том, каков майор Гриценко был когда-то в деле. Ведь нормальный мужик, настоящий офицер, который своих не кидает… Может, майор искренне верил в то, что его подчиненный предатель и дезертир?

Данила повернул обратно, встал посреди кафе. Ему ведь нечего терять. Либо он вернется на службу в МАС, убрав Ротмистрова, либо МАС размажет Данилу Астрахана тонким слоем по асфальту. А если сейчас уйти… Он просто не видел другого пути. Что делать дальше — было непонятно. Оставалось только идти ва-банк. И надеяться, что «настоящий офицер» — не маска майора Гриценко, а его суть.

Данила покинул забегаловку через главный вход и, переходя дорогу, махнул рукой людям в бронефургоне.

Небо над головой озаряли непрерывные сполохи Московского сияния, когда капитан Астрахан толкнул дверь и вошел в «Евробистро».

Чем ближе Умар подъезжал к Твери, тем хуже ему становилось: виски сдавливало, в ушах звенело. Мигренями он никогда не страдал, потому списал свое самочувствие на погоду и решил, что пора заняться чем-то более спокойным. Не двадцать лет уже. И не тридцать.

Сильнейшая боль пронзила голову от виска до виска, и одновременно заглох мотор машины. Некоторое время она катилась, потом встала.

Другой бы человек закричал, наверное, от такого приступа или как минимум застонал, но Умар Джемалдинов лишь крепко сжал челюсти. Дождавшись, когда боль ослабнет, повернул ключ зажигания, но машина не издала ни звука. Не завелась она ни со второго, ни с третьего раза.

Увидев впереди заглохшую иномарку, Умар понял, что его авто не заведется и чинить придется долго: Всплеск пробился за Барьер, погорела электроника. Нужно искать старую машину типа «жигулей» или идти пешком. Пешком долго, километров восемь, но другого выхода нет.

Перебросив через плечо сумку, он двинулся на север. Поравнялся с иномаркой, «мерседесом». Матерясь, в моторе копошился толстяк. Пусть возится, раз думать не умеет. Умар не стал давать ему совет, лишь ускорил шаг.

Прошел он километра два, за это время на пути попалось четырнадцать машин. А потом вдалеке зарокотал мотор. Поблизости никого не было, и Умар вынул пистолет, сунул руку за пазуху. Судя по реву мотора, это или трактор, или… Разницы никакой, лишь бы ездило.

Вскоре появился кузов ископаемого — вроде «шестерка». Окна не тонированы, и видно, что она до отказа набита. Умар встал на середине дороги. Водитель скорости не сбавил и принялся сигналить.