Пустая могила

Разумеется, он был прав. Что бы ни случилось, все должно быть сделано правильно, и не о чем тут больше говорить. Я взяла Квилла за руку, и мы с ним пошли по железному мостику. Призраки вели себя как обычно – вопили, носились, бесились. Мы с Киппсом тоже вели себя как обычно – старались не обращать на них внимания. Мы прошли сквозь щель между мирами – впереди показался яркий свет неоновых ламп, и я почувствовала, что ко мне возвращается жизнь. Думаю, приближение другого мира почувствовал и Киппс – он крепче сжал мою руку, и его ладонь вдруг сделалась теплой и сильной.

Мы миновали железную кольцевую стенку и вышли в наш мир. Это было правильное место, и Киппс начал падать еще до того, как мы с ним сошли с мостика.

Не требуйте и не ждите от меня точного подробного отчета о том, что произошло после этого. В свое оправдание могу лишь заметить, что, вернувшись через портал в свой мир, ты всегда чувствуешь себя ошеломленной, сбитой с толку и больной. Я это точно знаю, потому что совершала такой переход уже не в первый раз. После выхода из портала тебя подташнивает, все плывет перед глазами, ты глохнешь и слепнешь от непривычно яркого света и громких звуков.

И чем дольше ты пробыл на Другой Стороне, тем сильнее все эти симптомы. Короче говоря, после возвращения ты не в том состоянии, чтобы четко фиксировать все, что происходит вокруг.

Что ж, могу поделиться с вами только отдельными фрагментами, которые каким-то образом сохранила моя память. Вот Локвуд стаскивает вниз с мостика потерявшего сознание Киппса. Кровь на полу. Локвуд стоит на коленях возле Киппса. Джордж держит Квилла за руку. Мы все стоим, склонившись над Квиллом, и кто-то снимает с него перьевую накидку.

Снова кровь. Много крови, очень много. Откуда-то появились белые простыни. Одну из них Холли держит в руках и пытается зажать ею рану. Все это время Локвуд не переставая что-то говорит Киппсу – шутит, смеется, подбадривает. А Квилл лежит. Лежит совершенно неподвижно, задрав к потолку свое белое-белое лицо, и на его волосах блестят тающие в тепле льдинки. Вокруг глаз Киппса остались темные круги от очков-консервов.

– Люси, Джордж, – доносится с какой-то другой планеты голос Холли. – Мне нужны чистые полотенца и бинты.

Они должны найтись где-нибудь, поищите.

Я стою на дрожащих ногах и осматриваюсь вокруг. Здесь аккуратно прибрано и даже, можно сказать, спокойно, если не считать, конечно, мутного воздушного столба с кружащими внутри него серыми фигурами призраков. Больше всего это помещение напоминает операционную – ослепительно яркий свет, белые стены, стерильная чистота. На стенах развешаны очки-консервы и серебристые костюмы – каждый под своим номером, на каждом написано имя владельца.