Пустая могила

Его лицо освещали последние лучи солнца. Именно таким, как сейчас, я чаще всего и представляла Локвуда, думая о нем. Таким видела его, засыпая…

М-да, если бы сейчас нас увидел череп – уж он бы посмеялся, уж поиздевался бы вдоволь! Но черепа здесь не было, и это очень хорошо.

– Неправда, что я наслаждаюсь этим, Люси, – ответил Локвуд. – Но я чувствую, что все идет правильно, а это совсем другое дело. Помнишь, как я говорил тебе на кладбище, что все в нашем мире случайно? И что в жизни ничто ничего не значит? Так вот, я больше так не считаю. Да, мои родители умерли.

Но теперь я знаю, что их убили, и знаю кто и почему. Сейчас у меня появилась возможность отомстить, и я не собираюсь упускать этот шанс. Моя сестра тоже умерла, но ее посмертное свечение поможет сегодня ночью спасти нам жизнь. Это утешает. Наконец – и это, может, самое главное – мы вплотную подошли к разгадке тайны Проблемы. Ты сама прекрасно знаешь, как близко мы к этому подошли. Еще немного – и все будет кончено, все окажется позади. Это не над нами опустится занавес, а над Проблемой. И над нашими врагами тоже. Все будет хорошо, – он притронулся к моей руке и повторил: – Все будет хорошо, Люси. Вот увидишь.

– Надеюсь, так оно и будет.

– Ладно, в общем-то, я вышел сюда не за этим. – Локвуд порылся в кармане и вытащил маленькую квадратную коробочку, очень помятую и потертую. – Хотел показать тебе вот это. Нашел в ящике комода в спальне Джессики. Не волнуйся, это не Источник или что-то в этом роде.

– Будь это Источник, мы бы его в тот круг бросили. – Я взяла у Локвуда коробочку и открыла сморщенную крышку. В тот же миг внутри в последних лучах солнца блеснуло что-то голубое и такое прозрачное, что я невольно ахнула.

Коробочка была выложена изнутри папиросной бумагой, на которой лежала золотая цепочка с кулоном. В кулон был вставлен сверкающий полупрозрачный голубой камень, овальный и гладкий. Прекрасный камень. Я осторожно взяла его и заглянула в него словно в глубокую чистую воду.

– Что это, Локвуд? – спросила я. – Такой красоты я в жизни не видела.

– Это сапфир. Мой отец купил этот камень где-то на Востоке и сделал из него кулон для моей матери.

Это было ее любимое украшение. Во всяком случае, именно так мне рассказывала сестра, сам-то я этого, разумеется, не помню. А потом я совершенно забыл про него, вплоть до сегодняшнего дня.

– Значит, на твоей матери этой подвески не было, когда ее…

– Не думаю, что она носила его каждый день, скорее всего, надевала только в особых случаях. Слишком много оно для нее значило. Отец подарил его маме вскоре после того, как они познакомились, и этот кулон стал символом его вечной любви.