3
0И это доверительное «ты»… Может, еще раз попробовать с ним договориться?
– Мне уже лучше. – Она даже улыбнулась.
– Это хорошо. – Матвей улыбнулся в ответ. – Значит, ты идешь на поправку.
Да, ей очень хотелось в это верить. А еще хотелось оказаться как можно дальше от этой палаты-клетки и Егора с его новаторскими методами лечения.
– Матвей, – Алена осторожно, боясь спугнуть, коснулась рукава его халата, – ты не мог бы мне помочь?
– Ну, это зависит от того, о чем ты хочешь меня попросить. – Он пожал плечами, а взгляд его сделался настороженным.
– Мне нужно позвонить. Пожалуйста!
– Моему шефу. Он не знает…
– Алена, – теперь санитар Матвей смотрел на нее с жалостью, – Алена, ты здесь уже не первый месяц. Твои коллеги, и шеф в том числе, давно все знают. Он даже навещал тебя. Он такой немолодой уже, с седыми усами.
– Когда? – Сердце забилось часто и испуганно.
Две недели назад. В то самое время, когда бал правил серый мир, а ее, Алены, еще не существовало. Но сейчас-то она есть! И нашла она себя именно после того, как перестала принимать лекарства. Антон Карпович должен об этом знать, он поможет обязательно, нужно только подобрать правильные слова. Не на кого ей больше надеяться…
– Матвей, две недели назад меня здесь не было. Понимаешь?
Вместо ответа он только кивнул.
– А сейчас я есть, и мне нужно с ним поговорить.
Он долго думал, и Алена уже начала надеяться, что все в ее жизни будет хорошо. Зря надеялась…
– Завтра после осмотра, если главврач разрешит. – Вот и конец надеждам. С виду добрый и приятный парень Матвей на поверку оказался равнодушным подлецом. – Да ты не переживай, все в порядке будет, это ведь всего лишь телефонный разговор.
Не будет у нее никакого телефонного разговора, потому что главврачом в этой больнице работает Егор Стешко…
– Тогда, может быть, записку? – Она все еще хваталась за соломинку. – Я записку напишу, а ты ему передашь. Я адрес знаю…
– Записку? – Матвей нахмурился, а потом кивнул: – Ну давай, пиши свою записку. Только ответ я тебе смогу передать не скоро, у меня в восемь вечера смена заканчивается, а следующее дежурство только через сутки. Ты, наверное, до своего шефа быстрее дозвонишься.
– Ничего, – ей хотелось плакать от радости, от подаренной хоть крошечной, но надежды, – пускай и записка будет, на всякий случай. Спасибо!
– Ладно, ты пиши, а я пока выйду. У меня еще дела. – Матвей придвинул ей стопку бумаги, потом озадаченно взъерошил волосы. – А ручки-то у тебя нет.
– А у тебя? – спросила Алена с мольбой. – Мне же ненадолго, всего на пару секунд.
Он колебался, по глазам было видно, а потом вытащил из нагрудного халата авторучку.
– На, – сказал не особо радостно, – только, ты уж извини, писать при мне будешь. Я из-за тебя и так кучу инструкций нарушил.
