Проклятый дар

И неизвестно, как она отреагирует на известие, что уже почти полгода числится пациенткой дурдома.

К его немалому облегчению, никаких дополнительных вопросов она задавать не стала, вместо этого вдруг застенчиво улыбнулась и сказала:

– Есть? – Матвей прикинул, что до обеда еще часа три, не меньше, и полез в карман халата за припасенной на черный день плиткой шоколада.

Алена посмотрела на шоколад точно таким же взглядом, которым раньше глядела на Матвея и залепленное мотыльками окно, а потом спросила:

– Мне можно забрать всю?

– Берите! – Он положил плитку на стол.

– И съесть прямо сейчас, да? – Не дожидаясь ответа, девушка принялась разворачивать шоколад. – Мне кажется, у меня гипогликемия, руки дрожат, слабость, и голод зверский…

– Зверский голод – это хорошо, – заметил Матвей многозначительно. – Моя бабушка говорила, что раз аппетит проснулся, значит, дело пошло на поправку.

– На поправку… – Алена кивнула и сунула в рот добрую четверть плитки.

Она ела шоколад торопливо, зажмурившись, как маленький ребенок. Облизывала пальцы и тянулась за следующим куском, а когда на столе не осталось ничего, кроме обертки, разочарованно вздохнула.

– У меня еще есть яблоко, но оно в раздевалке, – сказал Матвей виновато. – Сходить?

– Не надо! – Алена поймала его за рукав халата, и на белоснежной ткани остались коричневые шоколадные следы. – Это же психиатрическая клиника, правда? Это клиника, а я пациентка? Так? – Тонкие пальцы сквозь ткань рукава крепко стиснули его предплечье.

– Вы правы. – Матвей осторожно высвободился и чуть отстранился. – Вы, Алена Михайловна, пациентка.

Девушка снова зажмурилась, так крепко, что из-под густых угольно-черных ресниц выступили слезы. Она сидела так, с закрытыми глазами и окаменевшим лицом, очень долго, а Матвей не решался нарушить это тягостное молчание. Представил, что бы почувствовал сам, если бы из его жизни кто-то вырезал целых полгода, и по хребту пополз противный холодок.

– Мне нужно поговорить с лечащим врачом, – сказала она наконец, не открывая глаз. – Это возможно?

Вот все и решилось. Пациентка пришла в себя и требует позвать спасителя. Сейчас Матвей сгоняет за доктором Джекилом, и маленькое медицинское чудо получит официальное подтверждение. Он уже почти решился позвать главврача, когда вспомнил, что тот укатил в облздрав.

– Сегодня уже нет. У Егора Васильевича какое-то совещание.

– У Егора Васильевича? – переспросила она. – Это он мой лечащий врач?

А вот и еще один хороший признак: пациентка помнит не только собственное имя, но и как зовут ее лечащего врача.

– Да, Егор Васильевич Стешко. Ваш одногруппник, кажется.

– Однокурсник, – машинально поправила Алена и потерла виски. – Мы учились с Егором на одном курсе.