Проект «Аве Мария»

Как говорится, лучше перебдеть!

«Объект А» так близко, что на экране телескопа виден лишь фрагмент пятнистого корпуса. Переключаюсь на внешние камеры. Их на корпусе «Аве Марии» полным-полно. За управление камерами отвечает специальное окно экрана внекорабельной деятельности. Хорошо, когда можно видеть, где находится космонавт, помогая ему во время работ за бортом.

Длина туннеля около 20 футов. Или 7 метров. Черт, быть американским ученым иногда ужасно неудобно. Ты мыслишь в разных непредсказуемых единицах измерения в зависимости от конкретной ситуации.

Робот на корпусе вытягивает вперед длиннющие манипуляторы.

Я и не подозревал, что он так может. Манипуляторы минуют туннель и приближаются к моей шлюзовой камере. Совсем не страшно. Пять бесконечных роборук тянутся к внешнему люку «Аве Марии». Повода для паники нет.

Каждая трехпалая «рука» держит… нечто вроде дуги, оба конца которой прикреплены к тонкой пластине. Как ручка у чашки. Три руки лепят свои устройства плоской стороной к корпусу «Аве Марии». Две оставшиеся вскоре делают то же самое. Затем все пять манипуляторов тянут мой корабль к туннелю.

Я понял: эти плоские штуковины – рукоятки.

Но как они держатся? Хороший вопрос. Корпус моего корабля гладкий и сделан из немагнитного алюминия. (Почему я вдруг вспомнил?) Рукоятки держатся точно не за счет механических средств. Видимо, дело в адгезиве.

И тут все начинает обретать смысл. Конечно, эридианцы не станут разбираться, как работает наш стыковочный механизм. Они попросту заклеят ближайший к «Аве Марии» конец туннеля. Почему бы нет? Так гораздо проще.

Мой корабль скрипит и стонет. Этот аппарат весом в 100 000 килограмм явно не предназначался для того, чтобы его тянули за шлюзовую камеру.

Справится ли корпус с такой нагрузкой? Я дважды проверяю, герметично ли закрыт мой скафандр. Командный отсек поворачивается вокруг меня. Не быстро, несколько сантиметров в секунду. Да, когда речь идет о небольших скоростях, я мыслю в метрической системе. Это удобнее, чем в каких-нибудь «локтях за полмесяца». Рядом со мной оказывается стена. Рептильный мозг подсказывает держаться подальше от шлюзовой камеры. Там творится что-то страшное.

Бам! Эридианский туннель ударился о корпус «Аве Марии».

Слышится скрежет и щелчки. Вглядываюсь в картинку, которую передают наружные видеокамеры. Устье туннеля, теперь плотно закрепленное вокруг выхода из шлюзовой камеры, шире, чем весь внешний люк. Думаю, так и есть. Полагаю, клей должен выдержать давление. Они даже не знают, какое у меня тут атмосферное давление. Из чего сделан клей? Сплошные вопросы.

В перчатках на кнопки пульта управления не понажимаешь. Жаль, я не могу хотя бы увеличить изображение. Я прищуриваюсь, глядя на картинку с камеры, показывающей туннель.