Проданная

Но на деле был лишь избалованным скользким ублюдком.

От звука знакомого голоса меня снова душили слезы. Я чувствовала себя опустошенной, размякшей, слабой настолько, что была не в силах подняться на ноги. Но такой счастливой, какой не чувствовала себя никогда. Я понимала, что теперь закончился этот кошмар. Если у счастья есть предел — то в эту минуту я его достигла.

Казалось, Квинт еле сдерживался. Едва ли я когда-то слышала в его голосе такие ноты. Резкие, рычащие.

Невий медленно поднял руки, демонстрируя открытые ладони, сделал несколько шагов в сторону моста, поравнялся с наемником и в мгновение ока выхватил из его кобуры пистолет. Развернулся, прицеливая мне в голову, но тут же выронил, потому что воздух вновь прорезала красная вспышка, и ему оцарапало зарядом кисть. Пистолет с грохотом упал на железо.

Квинт подался вперед:

— Еще одна попытка, и я буду стрелять в ноги. Отойди от нее.

От этого тона даже меня пробрало холодом. Не подчиниться было просто невозможно. Казалось, будто предельно сжалась жесткая пружина и вот-вот разожмется с невиданной отдачей.

Невий согнулся пополам, с громким стоном прижимая к себе раненую ладонь, но тут же подобрал пистолет и теперь, зажав обеими руками, уже целил в отца.

— Вы мертвы! — Оружие в его руках ходило ходуном. — Мертвы! Я видел протокол! Вы мертвы!

Он вышел вперед, к самому мосту, стараясь сократить расстояние. Казалось, он уже не контролировал себя. Но меня скорее шокировало то, что наемники бездействовали. Вместо того, чтобы вдвоем скрутить ублюдка, они стояли и смотрели, не решаясь коснуться своего высокородного господина.

Невий спустил курок, красный луч прорезал пространство слишком далеко от Квинта. А тот не шелохнулся. Даже опустил оружие. Снова выстрел, который на этот раз ушел вниз.

Квинт лишь покачал головой:

— Видишь, сын, надо было пойти в военный корпус. Ты даже не можешь пристрелить отца… — в голосе слышалась желчь вперемешку с глубоким разочарованием. — Ты бы знал, что в этом оружии смещен прицел. Ты бы знал, как ставить руку. Ты бы знал, что существуют простые ситуации, где надо действовать силой, а не изворотливостью. Или твоей силы хватает лишь на то, чтобы травить и бить женщин?

— Это не женщина — это грязная рабыня!

Квинт резко поднял руку и выстрелил. Заряд прожег штанину Невия по касательной, и тот поджал ногу.

— Это моя женщина, которая носит моего ребенка.

Снова выстрел, и теперь Невий поджимал уже другую ногу.

— Изворачивайся, сын. Ведь это ты умеешь лучше всего. Или попроси помощи у его высочества. Прямо сейчас. Вы так неразлучны. Ведь именно в нем ты видел решение всех своих проблем. — Квинт опустил оружие, покачал головой: — Положи пистолет и отойди.

Я слышала боль в каждом слове. Квинт был раздавлен поступками сына.