Приключения Иоганна Мекленбургского

– Увы, ваше королевское высочество, – с достоинством отвечал швед, – к глубочайшему моему сожалению, эти вести не так хороши. По крайней мере, те, которые привез я.

– Меня зовут Георг Брюно, я адъютант генерала Делагарди и капитан гвардии его величества Густава Адольфа.

– Кто я, вы знаете, говорите!

– Его величество с прискорбием сообщает, что его брат принц Карл Филипп тяжело болен и не может быть претендентом на Московский престол. Говоря по правде, ваше высочество, я совсем не уверен, жив ли принц сейчас, ибо когда я покинул Стокгольм, положение его было самым неутешительным. Во всех храмах Швеции воздавались молитвы об исцелении юного принца, но небеса были глухи к этим мольбам.

– Ужасные известия мой друг, но что послужило причиной столь внезапной и тяжелой болезни?

– Насколько я знаю, ваше высочество, болезнь не так уж внезапна. Говорят, принц Карл Филипп простудился еще осенью, когда совершал прогулку на королевской яхте. Никто не посчитал это заболевание серьезным, тем более что его высочество уже шел на поправку, но, к несчастью, ему стало хуже.

– Такое случается при простудных заболеваниях, мой герцог, – вступил в разговор О’Коннор, – особенно если не начать своевременного лечения.

– Совершенно верно, – подтвердил его слова Брюно, – я слышал, как придворный лекарь говорил его величеству то же самое слово в слово. В любом случае наш добрый король Густав Адольф полагает вашу миссию в Московии оконченной и просит вернуться. Вот его послание к вам.

Собираясь взять в руки свиток с королевской печатью, я обернулся к ван Дейку.

– А ты что скажешь, Рутгер?

– Я выехал несколько раньше господина Брюно, когда состояние его высочества еще не внушало таких тревог. Но я долго ожидал оказии в Новгороде, чтобы отправиться к вам, именно там мы с ним и встретились. Там же к нам присоединился и господин доктор. Я привез вам послание от вашей супруги и деньги. Даже если у вас случились здесь затруднения, теперь вы можете вернуться.

При слове «деньги» О’Коннор заметно оживился, а при слове «вернуться» скис. «Очевидно, наш алхимик вляпался в какую-то историю», – успел подумать я, прежде чем в отворившуюся дверь ввалился Вельяминов.

– Князь, – заговорил он горячо, – пойдем со мною. Был бы Пожарский здоров – он бы сладил, а сейчас без тебя не справиться!

Проговорив это, Аникита почти схватил меня за руку и буквально поволок за собою в собор. Уже в дверях я на мгновение обернулся и увидел, как стоящие в притворе мои офицеры синхронно поклонились мне, продолжая держать в руках так и не прочитанные мною письма.

На этом, уважаемые читатели, заканчивается вторая часть приключений нашего современника, угодившего в прошлое и оказавшегося в России в самый разгар Смуты.