8
0– Да ладно! А какая вражина девице Вельяминовой наклепала на меня, что я в немецких землях ни одной юбки не пропустил, скажешь, не ты?
– Вот тебе истинный крест, герцог-батюшка, не вел я с молодой боярышней таковых разговоров!
– С ней, может, и не вел, а кому-то врал про сие, а она и подслушала ненароком.
– Поклеп, батюшка, как есть поклеп!
– Ну, поклеп так поклеп, а язык все же попридержи, добром прошу! Слушай, Анисим, а у тебя вроде как жена была, нашел ли? – перевел я разговор на другую тему.
– Была, как не быть, – тяжело вздохнул стрелец, – и жена была, и дочка. Сгинули все, пока я на чужбине был. От терема и то одно пепелище осталось.
– Беда, – протянул я, – однако господь не без милости, может, еще и сыщутся. А если и впрямь сгинули, то ты еще не стар, будет у тебя и семья, и дети.
– Дай-то бог, – вздохнул опять Анисим, но тут же оживился: – А как ты, батюшка, на такое великое расстояние так метко стреляешь?
– Говорю же тебе, оглашенный: воздержание, пост и молитва!
– Тьфу ты, прости меня господи!
– И главное – никакого богохульства!
Наши противники не дали нам долгого перерыва. Не успели мы перевести дух, как против нас вновь стала строиться венгерская пехота.
Мы тем временем убирали трупы павших товарищей и перевязывали раны да пытались наскоро заделать многочисленные повреждения. Выглянув за стены острожка, я обнаружил, что ров почти завален трупами атакующих и перестал быть серьезным препятствием. Во всяком случае, колья почти не торчали. Однако сделать было ничего нельзя: а к нам опять приближались стройные ряды вражеских пехотинцев. Если бы у Ходкевича была артиллерия, нам пришлось бы совсем худо, но, по счастью, пушек у него не было, и два наших орудия, несмотря на все их несовершенство, давали нам изрядное преимущество. Пока вражеские мушкетеры вели обстрел, мы дали несколько залпов, сильно расстроив их ряды. Потом в атаку вновь двинулись пикинеры. Как ни губителен был для них огонь стрельцов, они упорно продвигались вперед и скоро были под нашими стенами. Стрельцам и посохе пришлось опять взяться за бердыши и пики, но на этот раз неприятелю не удалось взойти на вал. Пока венгры шли в атаку, я еще несколько раз стрелял из своей винтовки. Конечно, одним-единственным нарезным стволом битвы не выиграть, однако солдаты сами по себе не воюют, их должны вести в бой офицеры, а их количество я и стремился максимально сократить. Может, поэтому, может, еще по какой причине, но атака венгров опять захлебнулась, и они, потеряв от картечи, выпущенной в упор, немало людей, откатились назад. На этот раз врагу не удалось даже на короткое время ворваться на стены, и мое участие в отражении их атаки свелось к стрельбе.
Едва вражеская пехота отошла, у стен заиграл рожок.
