Престидижитатор Сталина

В неделю…

За год своего генерал-губернаторства я успел выстроить и рудник на Ньюфаунленде, и завод запустить на четыре домны («маленьких», на полста тысяч тонн каждая), и даже поприсутсвовать при пуске привезенного из России рельсопрокатного стана.

А потом, так как на все работы уже были назначены вполне компетентные люди, я со спокойной душой вернулся в Россию. И успел сразу к двум праздникам, ознаменовавшим два великих достижения. Причем не просто «по нынешним временам великих», а внатуре грандиозных. Ну и к трем праздникам поменьше.

В конце сентября пятьдесят четвертого года первый поезд из Москвы въехал под своды вокзала во Владивостоке, выстроенном вместе с вокзалом специально под это событие. Правда пока вагоны в новеньком Хабаровске через речку на пароме перетаскивали, но инженеры пообещали и мост через полтора года наладить. А уже в середине ноября поезд из Москвы прибыл аж в Порт-Артур (Николай Павлович Игнатьев за договор с Китаем о границе, сделавшим Ляодунь русской территорией, получил сразу и Анну третьей степени, и аналогичного Владимира) — но эти два поезда я решил считать одним праздником. А другим стало событие гораздо меньшего масштаба, толщиной всего в двадцать микрон. Именно такую проволочину изготовил, после двадцати почти лет исследований и опытов, Егор Ильич Засыпкин. И грандиозным праздником это событие стало потому, что проволочину Егор сделал из вольфрама, причем успел ее и в спиральку свернуть, и в стеклянную колбу впихнуть. Он это очень вовремя сделал: вокзалы в Москве, Владивостоке и Порт-Артуре именно лампами накаливания и освещались.

А электричество для этих лампочек добывалось с помощью турбогенераторов мощностью в триста киловатт, которые уже серийно выпускал Виктор Никитич — мой старший сын. И эти генераторы к «мелким праздникам» не относились, они уже четыре с лишним года серийно выпускались на Калужском турбинном заводе Виктора Павлова (именно так, без отчества: я его вообще-то в честь Витьки, который меня всему научил, назвал). Праздником же стал выпуск первой паровой турбины мощностью в восемь мегаватт. Витька, который сын, ее затребовал от турбостроителей для новенького, спроектированного уже полностью им самим, генератора — но так как ребята изготовили не просто турбину, а турбозубчатый агрегат (с двумя турбинами, высокого и низкого давления, работающими на один редуктор), то я повелел это событие считать праздником, а Тульскому турбозаводу поручил выпускать такие же, но с немного иным редуктором уже в качестве моторчика для корабликов: мне один кораблестроитель из Петербурга, Михаил Гринвальд, предложил выстроить в Николаеве кораблик на двадцать пять тысяч тонн груза.