Престидижитатор Сталина

Просто я потихоньку менял пути на «старых» дорогах до Луганска и далее до Оскола, Никополя и Кривого Рога на «широкую колею» — а готовые (и, в общем-то, не сильно изношенные) двадцатиметровые узкоколейные звенья просто распихивал по складам… И, как оказалось, избыток рельсов на складах был совершенно не лишним.

Весной пятидесятого года Николай отдал приказ ввести войска в Молдавию и Валахию: оказывается, православное население этих двух территорий, формально входящие в Османскую империю, по какому-то договору между османами и Россией, находились как раз «под покровительством России», а тут османы резко начали их снова притеснять. Да ладно бы одни османы: в рамках программы защиты христианского населения Николай ввел армию даже в Бухарест, но тут выступил австровенгр Франц-Иосиф и потребовал русские войска оттуда вывести, пригрозив войной. Русский царь смекнул, что слишком много врагов в одной войне осилить будет сложновато и войска из Румынии вывел. Но, я думаю, затаил…

В конце лета османский босс выставил ультиматум, в котором потребовал вывести русские войска в двухнедельный срок — но уже через неделю османы начали войну. И немедленно огребли, но им на помощь резко бросились Британия, Франция и Сардинское королевство. Эти три «европейские державы» тут же ввели очень немаленький флот в Черное море (и не только в него), ну а я приказал быстро-быстро выстроить хоть какую железную дорогу в сторону Севастополя. Вот тут-то разобранные рельсы и пригодились: их клали прямо на шоссейную дорогу, причем в сутки успевали проложить километров шесть.

Алёна, читая сводки, приходившие в Одоев по телеграфу, чуть ли не каждый день теребила меня:

— Никита, какого рожна ты тут сидишь и ничего не делаешь?

Примерно две недели теребила, пока я не рассказал ей, почему:

— Золотко моё, политика сама по себе штука очень циничная, а война — она цинична стократно. Лично я не сомневаюсь, что британцы с французами наверняка сделают какую-то мерзкую вещь, но мне важно, чтобы об этой мерзости сообщили их газеты. И чтобы их мерзкое население этим мерзостям возрадовалось.

— А затем, чтобы потом они не могли спрашивать «а нас-то за что?».

— Но вот они Одессу разбомбили, а ты…

— А я строю железную дорогу в Симферополь и Бахчисарай. Она нам очень пригодится вскоре.

— Да знаю я… Но мне все равно очень не нравится то, что ты просто сидишь на попе ровно и чего-то ждешь.

— Понимаю. Но когда я дождусь, ты всё поймешь. Сегодня они Бердянск разбомбили и сожгли, но там десант был небольшой, и они быстренько все обратно уплыли. А вот когда они высадят уже серьезный десант…

— Думаю, что весной. Я как раз успею на дороге вторые пути проложить, а это — уже сорок восемь пар поездов в сутки.