3
0В общем, привычное времяпрепровождение бездетной замужней аристократки, от которого уже хотелось выть. Если бы не необходимость снова пить настой и погружаться в сон, я, конечно, так не переживала бы. Но одна мысль о повторном появлении на том складе приводила меня в ужас.
— Может, не нужно? — вечером с сомнением спросил супруг, неуверенно поглядывая на флягу в моих руках.
— Боюсь, что нужно, — вздохнула я и сделала три глотка.
Уже через минуту сон перенес меня в непонятный полутемный коридор. На вчерашний склад помещение было мало похоже, скорее на замок — каменные стены, чадившие на них факелы, сырость и духота… Хорошо хоть в этот раз я догадалась надеть, кроме пижамы, еще и теплые тапки, стоять было не холодно.
— И чего замерла? — сварливо поинтересовался над ухом знакомый голос. Я вздрогнула. Получается, боги могут при желании и в наведенный сон приходить?
— А кто сказал, что ты спишь? — ехидно поинтересовался голос. — Иди давай.
— Куда? — уточнила я, не двигаясь с места.
— Вперед. Верка, не зли меня.
— Не пойду, — в доказательство своих слов я привалилась спиной к стене. — Где я и зачем вы меня сюда переместили?
— Верка, — раздраженно фыркнул голос, — я ведь и заставить могу.
— Заставляйте, — настроение было отвратительным: сначала меня перетаскивают с Земли в чужой мир, затем, когда я только-только начала налаживать личную жизнь, вновь тащат куда-то, и снова ничего не объясняют. Заставить. Да пусть заставляет. Хуже не будет.
Голос протяжно вздохнул.
— Дурында ты. Верну я тебя к твоему графу. И прыщи уберу. Иди.
— Куда и зачем? Диар, я устала служить вашей безмолвной марионеткой. Хоть что-то расскажите.
Мои слова были не ультиматумом, нет, кто я такая, чтобы ставить ультиматум божеству? Скорее я просила, вымученно и отчаянно, как кукла, которую постоянно тащат за нитки по пыльным дорогам.
— В замке мы. Найдешь кое-что, мне передашь, и можешь быть свободна, — видимо, сжалившись, неохотно ответил бог, — сам портал твоему муженьку открою. Пусть приходит за тобой. Если захочет, конечно.
— То есть вы думаете, что он может не захотеть? — и почему сердце так противно заныло после этого, казалось бы, вполне нормального вопроса?
— Предыдущую свою бабу он бросил, потому и руки лишился, — последовал ответ.
Уже понимая, к чему клонит Диар, я уточнила:
— А если и меня бросит?
— Значит, и второй лишится, — фыркнул бог, — иди давай.
Отлепилась от стены и пошла.
Коридор оказался длинным и полутемным: факелы горели далеко не везде, так что приходилось идти, держась за холодный камень стен. Только через три-четыре минуты я подошла к лестнице. Ступеньки, сложенные из камня, и довольно ненадежные, на мой взгляд, тонкие железные перила вели куда-то вниз.
