Предсказанный муж

 — Ты хочешь сказать, что они не просто приехали с визитом вежливости, а решили заодно и позавтракать за чужой счет?

— Год назад, когда я встречался с семьёй Домских, барон уже жил в долгах, вряд ли что-то кардинально изменилось с тех пор, — последовал ответ.

Поймав у пола челюсть, я всё же открыла дверь в 'умывальню'.

Когда мы со служанкой закончили мой утренний туалет и вернулись в спальню, Димирия там уже не было. Скинув с себя тёплую пижаму со смешными зайчатами, я накрасилась с помощью той же Дины, стараясь пользоваться неброскими цветами, затем надела приготовленный наряд, подошла к напольному зеркалу, стоявшему в углу, возле окна, неподалёку от кровати, покрутилась.

С моим ростом даже каблуки не особо спасали ситуацию. Так что на меня привычно взглянула из Зазеркалья невысокая худая женщина, обряженная в нечто вроде бального платья, сшитого из атласа. Длина до середины икры, короткие пышные рукава, узкий лиф, относительно глубокий вырез, юбка-солнце — всё это великолепие, на мой взгляд, отлично подошло бы для фигуристой аристократки Эльзы. Дина была со мной не согласна.

— Госпожа, вам так идёт зелёный! И длина ваша! Вы чудесно выглядите, госпожа!

Продолжая трещать, девушка вытащила из моих вещей уложенные по рекомендации той же Эльзы салатового цвета туфли на невысоком каблуке, провела несколько раз расчёской по волосам, посетовала, что нет возможности заплести в них ленты и, наконец, выпустила меня 'в люди'.

Спали мы с мужем на втором этаже. На первом располагались служебные помещения и небольшие комнаты для приёма не особо важных гостей. Услышав о таком распределении пространства, я удивилась. Гость — он в любом случае гость, какая может быть разница, важный ли не важный? Но вот сейчас, спускаясь вниз по широкой деревянной лестнице, уже накрученная болтушкой служанкой, я не была уверена в своих мыслях.

Может, и в самом деле такое деление допустимо?

В одной из 'гостевых' комнат слышались голоса, причём женские, как будто мужчины либо отсутствовали в помещении, либо предпочитали отмалчиваться.

— Второе, — фыркнул за ухом знакомый голос. — Этих клуш не переспорить.

Диар, судя по тону, бы весел и доволен жизнью. Осталось понять, что он здесь забыл…

— Тебя, дурынду, охранять буду, — последовал ответ.

 — Ты ж у нас барышня нежная, чувственная, а мне наследник нужен, здоровый. Так что присмотрю пока.

Отлично. Теперь меня возвели в ранг нежных тургеневских барышень…

С такими мыслями я зашла в комнату. За небольшим журнальным столиком, накрытым для чая, сидели довольно полная женщина средних лет, высокая нескладная девушка, седой мужчина с морщинистым лицом и, собственно, мой муж. Ещё одно место, неподалёку от Димирия, оставалось свободным. Когда я вошла, разговор резко стих.