Сиделка

По дороге к покоям графа мы не разговаривали. Маг погрузился в какие-то свои мысли и почти не замечал ни кланяющихся слуг, ни ступеней лестницы, ни моего безмолвного присутствия, а я молча шла следом, сосредоточенно обдумывая события вчерашней ночи. Совесть настойчиво подталкивала рассказать о них Каллеману, а разум советовал молчать. Еще неизвестно, как отнесутся лорды к моему рассказу. Отправят в комиссию по магическим правонарушениям — и доказывай там, что ни в чем не виновата.

— Жди здесь. Я позову.

Маг распахнул дверь и вошел в графские покои. Маленькая щель, оставленная им, приглашала подслушать предстоящий разговор, и я прильнула к холодному дереву.

— Я разговаривал с Кейт, — с места в карьер начал Каллеман. — Она просит расчет.

— Ну, так за чем же дело стало?

Голос Горна звучал бесстрастно. Я слышала, как скрипнула кровать, потом раздался звук шагов и звяканье стакана. Видимо, сиятельство решил прогуляться по комнате.

— Выплати ей полагающуюся сумму и отправь, куда скажет, — небрежно произнес Горн.

— Ты действительно этого хочешь?

— В данном случае важно то, что этого хочет она.

Мне показалось, что Горн усмехнулся.

— Дерек, может, ты все же объяснишь, что между вами произошло? — не унимался Каллеман. — Кэтрин выглядит довольно странно.

— Выдай девушке расчет, Эрикен, — жестко повторил Горн.

— Подожди, ты… Вы с ней… Рес, ты что, не сумел сдержать тьму?

Каллеман длинно и эмоционально выругался и надолго замолчал. В комнате стало тихо.

— Дай сигареты, — неожиданно сказал Горн. — Мои закончились.

Мне показалось, что в его голосе послышалась усталость.

— Ты сегодня принимал лекарства? — встревоженно спросил маг. — Кэтрин рассказала тебе, что и от чего пить?

— Не начинай, Эрикен, — тихо ответил граф. — Я отлично себя чувствую.

Раздался чиркающий звук стора, а потом Горн что-то еле слышно пробормотал.

— Ридгер спрашивал, когда ты сможешь дать показания, — сменил тему Каллеман.

— Хоть сейчас, — хмыкнул граф. — До смерти надоело сидеть в этой комнате.

Я услышала, как он прошелся по спальне, и грустно усмехнулась. За то время, что мы провели вместе, я успела «настроиться» на Горна, и, даже не видя, могла понять, что он делает.

— Потерпи, Дерек. Ты же знаешь, что тебе пока нельзя выходить.

— Моя мать еще не уехала?

— Нет.

— Ладно. Скажи ей, пусть придет после обеда.

— Уверен? — с сомнением переспросил Каллеман. — Думаешь, у тебя хватит сил…

— Перестань вести себя, как наседка, — перебил его Горн. — Лучше помоги мне снять эту ресову повязку. Надоело изображать ущербного инвалида.

— Может, позвать Кэтрин? Пусть посмотрит…

— Ты стал плохо слышать, Эрикен? Мне больше не нужна сиделка.

— Ладно, не кипятись. Сейчас попробую размотать эти бинты.