Право на страсть (СИ)

Сейчас я не хочу слышать ничего, кроме ее стонов. Тем более извинения за отсутствие взаимных чувств.

Чертов кретин Реми! Убью его! Прямо сейчас!

Нет, сейчас нельзя. Сейчас слишком много свидетелей. Куча репортеров, фотографы, парочка знаменитостей, с которыми дружит Тим Реми. Львовские в полном составе. Отец Прохора. И, разумеется, мои родители.

Нет, убивать Реми никак нельзя. Но ведь хочется до зуда в ладонях!

Не знаю, прочел ли Прохор мои мысли по взгляду, направленному на него. Надеюсь, что прочел. Но все равно, светить белоснежной челюстью не перестал.

Проредить бы ему эту звездную улыбку!

— Почему грустим, красота моя? — приблизился этот… этот… гад ползучий, вернее, муж мой законный вот уже на протяжении пяти часов.

— Вздор! Не грустим, а планируем мужеубийство, — натянула улыбку на свою физиономию.

А еще порадовалась, что на моем лице — тонна косметики, скрывшая бледность. Тошнить наконец перестало, и тест, который я сделала ранним утром, валяется в ванной комнате. Утешало лишь то, что сперматозавр Реми эту ночь провел у брата и третировал Романа Дмитриевича и Раттану, а не меня. Иначе я убила бы его еще ранним утром, увидев две полоски, и не нервничала бы сейчас по пустякам.

Как?! Как можно быть такой беспечной? Нет, понятно, что Реми — тот еще ветреный балагур. Но я тоже хороша! Прописал доктор пилюли, почему бы не выставить напоминание в телефоне? Так нет же, понадеялась Руслана Михайловна на собственную память. И в итоге получила: залет!

И не простой такой залет. А по всем фронтам.

В очередной раз захотелось убить Прохора, который светился, сиял, блистал, очаровывал, покорял, ну и далее по списку.

Мой идеальный план о заключении фиктивного брака катился ко всем чертям. Мало что я состою в тесной и постоянной интимной связи со своим теперь уже мужем, так еще и забеременела от него. Безоговорочный писец, ей-богу!

О разводе через год теперь можно лишь мечтать. Да и деятельность бизнес-леди мне никто не позволит разводить в том формате, о котором я мечтала. Разве теперь у меня получится заставить отца уйти на пенсию? Угу, как же! Теперь он вдвойне активнее примется развивать компанию, чтобы «хватило на старость и внукам». А то — как же внуки без него, великого и могучего Громова?!

Уже представляла, как мои руки сомкнуться на шее улыбающегося Реми. Буквально слышала, как он кряхтит, задыхается, ну и, разумеется, ржет. Он ведь никогда не может оставаться серьезным. Если не улыбается и молчит, значит, следует ждать подвоха.

Вот и сейчас, притих за моей спиной.

Мысленно сосчитала до трех. И не ошиблась. Руки Прохора скользнули на мою талию, оплели, притянули к напряженному телу, а к уху прижались твердые и соблазнительные губы:

— Ты такая обворожительная в этом платье. А без платья — с ума сойти можно.