Право на страсть (СИ)

И родители девушки увидели, как молодой человек пошевелился, закашлялся, и тут же получил знатную оплеуху от взволнованной невесты. А потом та самая невеста стремительно расстегнула рубашку Реми, демонстрируя столь необходимую для жизни вещь, как бронежилет.

— Вот и слава богу! — перекрестилась Эмма Петровна, любуясь на то, как их дочь одновременно колотит по широкой спине своего жениха и тут же жадно целует его. — Думаешь, она быстро забудет о том, что их брак будет фиктивным?

— Маловероятно. Руслана упрямая, — хмыкнул Громов. — Будет стоять на своем. И потом, гордость ей не позволит признать свои ошибки.

— Надеюсь, мальчик ее переубедит до того, как на свет появится наш внук, — мечтательно улыбнулась Эмма Петровна.

Громов предпочел не замечать этого заявления. Он морально не был готов к тому, что его дочь выросла и в скором времени непременно подарит им с Эммой внука.

— Или я оторву ему яйца, — пригрозил Громов, выключая ноутбук.

Даже если начальник СБ промахнулся, и Неверский выживет после ранения, то тут же окажется в заботливых руках полиции. К слову, его уже ждут не только в прокуратуре, но и в отделе по борьбе с финансовыми преступлениями. Громов подсуетился и предоставил все необходимые доказательства для обвинения не только самого Влада, но и его отца. И даже сам Михаил Данилович не знал, что лучше: смерть от пули или долгий тюремный срок.

— Знаешь, Реми, большего придурка, чем ты просто не существует! — шипела я, когда мы оказались в автомобиле.

Начальник службы безопасности «МиГро» разбирался с полицейскими, со смертельно раненым Владом, которого «скорая», вероятнее всего, не успеет довезти до ближайшей клиники. С прессой и репортерами, которые налетели, точно стервятники. Возможно, по чьей-то наводке. Но это неважно. Главное, что я, как представитель семьи Громовых, должна была находиться там и разгребать все, что натворил Неверский.

Но нет, Реми впихнул меня в тачку и отдал приказ уезжать.

— Там и без тебя все решат, — морщился Прохор.

Я сцепила руки в замок, пальцы дрожали так сильно, что никакие вдохи-выдохи не помогали. И я бросила попытки хоть как-то успокоиться. Перед глазами все еще стояла картинка, на которой Проша, словно подкошенный, падал на землю, а его кровь струилась сквозь пальцы.

— А если бы в голову! — поняла, что вновь кричу на Реми. — Как можно было быть таким беспечным?!

— Волновалась за меня? — белозубая улыбка ослепила, а искорки лукавства поселились в глубине красивых глаз.

— Прибью! — взревела я.

Но на самом деле, пропищала. Голос все еще слушался плохо. А мозги соображали с трудом. Но это не помешало мне кинуться на Реми с кулаками.

Прохор, словно ждал именно этого, перехватил мои запястья и прижал меня к себе.