Право на страсть (СИ)

— Послушай, Влад, я тоже виновата. Но… — решительно произнесла я и замолчала.

Неверский нырнул рукой в карман пиджака, а в следующую секунду на мой стол легла квадратная, бархатная коробочка. Влад открыл ее и развернул так, чтобы я видела содержимое. Черт!

— Не отвечай сразу, Руслана. Подумай. Сейчас ты на эмоциях. Но вспомни, кто всегда был рядом. Я знаю тебя, как самого себя. У нас есть общее прошлое, и появится будущее. Наш союз будет выгодным не только нам, но и нашим семьям, — твердо говорил Неверский, а я почему-то молчала. Нет, разумеется, я не сомневалась в ответе. Однако слова Влада заставили задуматься.

— Влад… — вздохнула я, потирая виски. Кажется, кто-то решил сыграть на чувстве долга. Предсказуемо.

— Вечером я заеду к твоим родителям. Нужно подписать документы. Там и поговорим, — Влад поднялся со своего места, застегнул пиджак, поправил волосы. — Кольцо моей бабушки, но мы можем купить что-то по твоему вкусу. До вечера, Русенька!

Неверский не стал дожидаться, пока я придумаю достойные слова. Просто ушел, оставив кольцо на моем рабочем столе.

Я застыла, глядя на яркую коробочку, словно на ядовитую змею. Я ведь ждала именно этого, да? Все сложилось так, как я и планировала. Влад слишком предсказуем, чтобы поступить иначе. Но загвоздка в том, что мне не нужен этот мужчина. И никогда не был нужен. Да, Влад — хороший друг, готовый прийти на помощь. Но он не тот, с кем бы я хотела связать свою жизнь.

Тот, другой, недосягаем для меня. Он никогда не станет моим, как бы сильно я ни старалась.

— Любишь его? — голос Прохора вытянул меня из размышлений.

Реми бесшумно появился передо мной, присел на край стола, вытянул длинные ноги, а руки скрестил на груди. Красивые глаза мужчины с любопытством смотрели на меня.

Выдохнула. Люблю? Боже, конечно, нет!

— Влада? Определенно нет. Да и он меня, кажется, не любит. Скорее, дело привычки и удобства, — честно призналась я.

— Тогда и думать здесь не о чем! — фыркнул Прохор.

Я, словно в замедленной съемке, смотрела, как Реми накрыл пресловутую коробочку широкой ладонью, взял кольцо, стремительно приблизился к окну, распахнул его и швырнул драгоценность на улицу.

— Господи! Это ведь кольцо его бабушки! Семейная реликвия! — вскрикнула я, подскакивая.

— Это? Бред! Таких «бабушкиных» реликвий полная ювелирка! — фыркнул Прохор.

— По какому праву ты так поступил?! — повысила я голос. — Кто тебя просил вмешиваться?!

Я выглянула в окно. Неверский как раз выходил из здания офиса, когда к его ногам упала та самая коробка. Я не смогла рассмотреть выражения глаз Неверского. Но понимала — мужчина в ярости.

— Переживет! — ухмыльнулся Прохор.

Молодой человек навис надо мной, так же выглядывая из открытого окна.