Посредники

А теперь еще появился Блик, Но что он предпримет, она не знала. Очевидно, что они вторглись в его личную камеру пыток. Моргана сжалась от ужаса, а прерывистый плач Нив ввинчивался ей в уши и затоплял все внутри, будто кровь, расплывавшаяся по груди ее платья.

— Нет-нет-нет-нет, — стонала девушка, — нет-нет-нет-нет, не надо больше. Блик, мне больше не нужно…

Не нужно что? Что, черт возьми, делал Блик? Моргана содрогнулась. Ей очень хотелось поднять глаза, но она боялась, что этим снова даст возможность высвободиться тем формам, что жили внутри ее. А делать это сейчас нельзя.

Что бы там ни приказывал ей Мотылек, она не станет повиноваться, пока не подготовится к высвобождению форм. Слишком рано, сказал Мотылек на вечеринке у Ундины, и он был прав. Сейчас еще рано, и ей многому предстоит научиться.

Пальцы Морганы царапнули холодную землю; она заставила себя посмотреть наверх. Мотылек выпрямился и раскачивался назад и вперед, пытаясь в мерцающей темноте сфокусировать взгляд на Блике. Она смотреть на Блика еще не была готова, но слышать его могла.

— Ты выглядишь ужасно… как всегда, старина. Нет, правда. Здешняя обстановка неважно сказывается на твоем старом теле, а, Джеймс? А ты привык к тому, что оно такое мужественное, такое шикарно-притягательное.

И впрямь жаль, что с нами такое происходит. Вот зачем я привел сюда Нив.

Блик умолк, и Моргана медленно перевела взгляд на резателя. Склонившись над связанной девушкой, он жестоко ухмылялся, а она узнала голос негодяя и теперь хватала ртом воздух, плача все отчаяннее, умоляя:

— Пожалуйста, пожалуйста. Не надо.

— Она поможет мне. — Блик поднял глаза.

Все еще привязанная к столу, сидящая на земляном полу Нив проследила за ним взглядом.

— Пожалуйста, — проскулила она, и Моргана увидела ее глаза, полные слез. — Помогите хоть кто-нибудь.

— Если ты думаешь, что сможешь забрать девчонку, Мотылек, то ты получишь еще кое-что. Моргана, дорогуша! — Блик повернулся к ней и прошептал: — Спасибо. Нет, я серьезно. Спасибо.

От его шепота Моргану начало безостановочно трясти. Пока он говорил, она пятилась к стене; вот ее ладони уперлись в сырую холодную землю. Тьма вокруг, трупный запах, жуткий хриплый плач Нив, ее заляпанное кровью платье, собственное чувство вины — все это ввинчивалось в ее голову, переплетаясь, вгрызаясь и просачиваясь в каждую частичку тела.

Нет, еще слишком рано.

Моргана попыталась забиться поглубже в темный угол, но отступать было уже некуда. Она покачала головой и перевела взгляд на Мотылька — тот смотрел на Нив, явно намереваясь помочь ей. Пленница опустила голову и тихо плакала, уткнувшись в колени.

— Я не знаю, где Никс, Блик, — прошептала Моргана. — Нив очень плохо. Ты должен отпустить ее.

Блик оглянулся на связанную девушку.