2
0— По крайней мере, тогда бы она не страдала! Представьте, что вы любите… полюбили девушку, а она вам говорит, что согласна выйти за вас замуж, но только вы будете у неё запасным мужем!
— Лорд, что за ахинею ты несёшь?? Даже представить не могу, где ты набрался подобной ерунды! С какой стати девушка будет решать, выходить ей за меня или нет? И какой запасной? Мы не варвары, у нас не бывает двоемужия.
— Зато бывает двоежёнство…
— Я мог сделать её любовницей, ты забыл? Агерит после образования связи не может долго жить вдали от Файтера, у нас же резервы сейчас составляют единую систему! И если ты по-прежнему станешь настаивать на разрыве, а при обряде заявишь, что не даёшь своего согласия, то НатаЛи вместо леллин станет айтэ.
Маг пробормотал под нос ругательства и отвернулся.
— Вот то-то и оно — я поступаю так, как лучше для НатаЛи, а ты хочешь всё разрушить!
— Леди со свету её сживёт…
— Не сживёт. Леона, конечно, не подарок, но мы с ней здравомыслящие люди. Она знает, что Агерит — залог процветания нашей Триады. И гарантия рождения у неё магически сильного потомства.
Скрип зубов лорда был слышен, наверное, далеко за пределами замка.
Интересно, с чего такая горячность? Может быть, племянник дяди из Округа Торусты сам имеет… имел на НатаЛи виды?
Адриан коротко рассмеялся.
Видимо, так и есть. Что ж, Единый любит пошутить.
Тянущее чувство не проходило.
Мужчина умылся, оделся, подошёл к окну, потирая левую сторону груди.
Бархатную глубину ночи на горизонте уже прорезала серая полоска — предвестник приближающегося рассвета.
Навещать кого-либо рано, все ещё спят. Хотя поговорить с обеими невестами ему нужно, и желательно до утреннего приёма.
Представив, какой крик поднимет Леона, Адриан поморщился.
Конечно, для неё известие о леллин стало неприятной новостью, но он знал, какие аргументы позволят девушке смириться с наличием соперницы.
Леона не глупа, она в курсе, что минимум до рождения детей им без Агерита не обойтись. А лучше до их первого совершеннолетия, чтобы у наследников успели сформироваться резервы. И если пообещать ей, что НатаЛи никогда не станет матерью, подкрепив обещание гарнитуром из циронетов, о котором она ему все уши прожужжала, то Леона хотя бы при посторонних изобразит согласие.
Серая полоска увеличилась, постепенно меняя цвет на розовый и алый.
