0
0– Кроме того, я предлагаю тем, у кого ружье и скорострел – не основное оружие, поделиться со стрелками, чтобы те имели запас.
– А сам-то сколько берешь? – задорно выкрикнул с дальнего края стола дружинник Гаврило, работавший парой сабель. – Твои-то скорострелы в три горла жрут!
– Себе купил тоже две тысячи штук и договорился еще на пять тысяч. А если сделаю одну штуку, то повезем еще десять тысяч.
– Я тако понимаю, что не просто так берешь тьму огненного припаса. – Дубыня задумчиво посмотрел на Горыню и улыбнулся. – Но видел твои поделки в бою и всем братием скажу, ежели хоть половина тех пуль уйдет по врагу, им совсем не лепо будет.
Сидящие расхохотались, и пир пошел куда веселей.
А днем специально приехавший с Горыней от князя Стародубского поверенный уже предоставил список домов, подходящих для нового статуса Горыни. Из всех строений Горыня выбрал просторный двухэтажный каменный особняк с большим двором и, что очень важно, каменным сараем, высоким забором, расположенный через одну улицу от дружинных казарм. Весь дом обошелся в две тысячи двести рублей, и оставалась сущая мелочь: нанять работников, привести пустовавший дом в жилой вид и, вообще, обустроить. Скинув все хозяйство на княжеского поверенного, Горыня съездил к мастеру, у которого делал автомат и арендовал его фабрику, озаботив того покупкой хорошего фрезерного станка и переделкой горна. Потом, уже к вечеру, появился у Анастасии и, поднеся пару роскошных китайских платков и искусно сделанную серебряную птичку, уговорил ее помочь с изготовлением взрывчатки, тем более что древесный спирт, для каких-то других надобностей, уже получали на маленьком заводике в Медведевске.
Теперь все это хозяйство неторопливо грузилось на четыре баржи – беляны, что повезут воинов к южным рубежам. Беляна – несамоходная баржа, длиной сто метров, имела кроме просторного трюма надстроенную над бортом верхнюю палубу, что позволяло взять действительно огромное количество груза и людей.
Грузили воинское имущество, продукты долгого хранения и лекарские припасы, так как десяток целительниц ехали вместе с сотнями на границу. Для девушек выделили самые лучшие помещения в носу первой баржи, а воинов расселили на верхних палубах под широкими брезентовыми навесами. В трюмах ехало все имущество и лошади, которых было чуть больше шести сотен при полусотне конюхов и десятке коновалов.
Десяток Горыни попал на первую баржу, и, пользуясь случаем, он занял пустовавшие постройки в середине, разместив не только свой десяток, но и канцелярию сотни, так что прибывший на борт Савва попал на все готовое, включая обед, приготовленный уже здесь, на борту.
