Попаданец - лучшее

Он несколько раз открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог произнести ни слова, а Волконский с интересом прошелся взглядом по снаряжению Горыни и посмотрел прямо ему в глаза.

– Ты уверен, что не сгинешь там просто так?

– Ну, кто в этом уверен, долго не живет. – Горыня качнул головой. – Но вот смотрите. Они же знали, что их найдут, и знали, что штурм будет кровавым. Значит, что-то приготовили. Нужно сломать им их расчет. Сделать такое, что поломает их планы. Навок перебили – хорошо, но кто знает, что там у них за стенами. Мы видели трех упырей. А сколько их еще? А может, и еще какие люди есть, только хоронятся от взгляда. Надо сделать разведку боем. Тогда и видно будет, что у них в карманах. А кого послать? Дружинники – люди подневольные. Присягу князю принесли. Их на смерть посылать нечестно. Воинов Особой сотни – тоже. Да и не пойдут они, пока дыру в стене не пробили. Значит, кроме меня некому. Да и не собираюсь я помирать. – Горыня усмехнулся. – Есть у меня для этих гнид сюрпризы.

– Интересно. – Волконский задумчиво качнул головой. – Что ж, надеюсь, твои слова – не пустая бравада. Потому что смерти дочери и вновь обретенного сына ваш батюшка не переживет.

В самом узком месте, там, где находились подъемные ворота крепости, ширина болота была всего около десяти метров, так что наскоро сколоченный и стянутый веревками щит относительно спокойно поднесли к краю и под прикрытием силовых пологов волхвов после подъема опустили на стену, сделав своеобразный пандус, по которому можно было подняться.

Все дело портили пушки и два десятка стрелков, открывавших ураганный огонь по любому, кто появлялся вблизи моста, как только волхвы ушли.

– Хорошая была идея. – Волконский, наблюдавший за событиями через подзорную трубу, насмешливо глянул на Горыню, который и предложил настелить штурмовой мост прямо поверх стены.

– Это не все представление. – Горыня в ответ усмехнулся. – Порох-то у защитников дымный. Через пару минут там можно будет полк провести. Все одно никто не заметит.

– Не выдержит настил такое количество людей. Вон как его пушками посекло.

– Так я и не зову с собой никого. – Горыня оглянулся на конструкцию, побитую ядрами и пулями, и, уже не раздумывая, кинулся вперед, набирая скорость.

Дерево хрустело под ногами, дым застилал глаза, и, когда он уже подумал, что удалось проскочить, одна из выживших навок вылетела из воды словно торпеда. Скользнув в дыру в настиле, она взмахнула руками, пытаясь поймать того, кто уничтожил их гнездо, но автомат коротко рявкнул, и практически обезглавленное тело опять рухнуло в воду.

Горыне оставалось проскочить буквально пару метров, когда тяжелая пуля ударила в кирасу, чуть не сбросив с настила.