0
0Понимаю, что от пули в животе хорошо еще никому не становилось. Только о качественной медицинской помощи сему индивиду и мечтать не приходится. А вот о легкой смерти – это вполне реально. Но и ее придется заработать.
– Женщины, дети и вообще непричастные к стрельбе в доме есть?
– Никого, – покачал головой Джонни. – Этот вот, – взгляд на подранка, – свою жену с детьми еще несколько дней назад в Вашингтон к своей кузине отправил. Не думаю, что случайно.
– Я так и вовсе в этом уверен. Солдат, выйди. И сержанта О’Рурка сюда.
Вытянулся в струнку, после чего метнулся выполнять приказ. Что до сержанта, то он сейчас пригодится. Полезный, небрезгливый, жестокости не чурающийся. Впрочем, как и большинство отобранных для меня головорезов, но и на их фоне он заметно выделялся.
Звук шагов, причем знакомый такой, от явно массивной туши. Сержант О’Рурк собственной персоной. Тебя-то мы и ждали. Не давая ему и рта раскрыть, командую:
– Вот это, сержант, шпионы. Не военнопленные. Потому как без формы, без знаков различия… А поэтому мы с ними можем делать все, что душе угодно и для дела полезно. Поэтому для начала дай несколько раз по морде тем двум, которые у стеночки со связанными руками стоят. Вдруг кто-то из них захочет поделиться с нами чем-то важным? Например, с какой целью они тут все собрались, почему столько оружия и зачем они из него по нашим солдатам стрелять начали. Тебе все понятно?
Вид надвигающегося как неотвратимое стихийное бедствие О’Рурка подействовал на пленников… Хорошо подействовал, да так, что один вжался в стену, а другой попытался бежать, проскользнуть мимо ирландца к двери. Зачем? Думаю, он и сам этого не знал. Сработал инстинкт и все тут. Только инстинктов было недостаточно. Сержант, несмотря на схожие с мебельным шкафом габариты, двигался довольно быстро. А вот пленник был и помят, и со связанными за спиной руками, потому уязвим. Неудивительно, что получил хорошую такую оплеуху, от которой отлетел в угол комнаты, ломая стоящую там тумбочку.
– Низко полетел, к дождю, наверное, – усмехнулся я, после чего некоторое время понаблюдал за продолжившимся «вразумлением». – Ну что, мне позволить сержанту продолжить или все же кто-то из вас двоих поделится ценными сведениями, отвечая на уже прозвучавшие вопросы?
Попавший под тяжелые кулаки О’Рурка лишь жалобно постанывал, а вот второй, ему явно хватило и самого зрелища избиения.
– Для особо плохо слышащих повторю. Кто вы, собравшиеся в этом доме? Что вас объединяет?
– Мы… – пленник нервно сглотнул, невольно бросив взгляд сначала на по сути помирающего Николсона, а затем еще на одного своего знакомца, лицо которого уже опухало от нанесенных сержантом ударов.
