0
0Дмитриев!
К ним тут же подошел один из офицеров «свиты», открыл портфель и, вынув оттуда, передал адмиралу коробочку вполне узнаваемых формы и цвета.
– Извини, что в неформальной обстановке, но прими от лица службы, – адмирал открыл коробочку, достал из нее орден Святого Михаила 2-й степени и протянул Лизе. – Я тобой горжусь, Лиза! Так держать!
– Служу Себерии! – только и смогла ответить Лиза, принимая орден.
– Ну, ну, – кивнул адмирал. – Служи! – и передал Лизе кожаную папку с патентом на звание капитана 1-го ранга. – Шувалов, предписание!
Другой офицер передал Лизе приказ о назначении ее командиром авиаматки «Архангельск» и авианосной группы «Рцы», конверты с банковскими чеками – премиальные за орден, за сбитый тяжелый крейсер, за бомбежку Виндавы и за ранение – и проездные документы.
– Довольна? – прищурился адмирал, и Лиза сразу же зыркнула на кожаный баул в руках третьего офицера. – Правильно мыслишь, егоза! Я приказал пошить тебе форму по меркам из ателье в Шлиссельбурге, где ты шила ту, что утопила. Не голой же тебе в Мологу ехать!
Городок оказался небольшим. Выглядел неказистым и неухоженным, хотя война обошла его стороной. Части 8-го корпуса взяли Мологу с ходу, так что ни от артобстрелов, ни от бомбардировок он не пострадал. Лиза приехала в город с запада на попутке из Кесовой горы, где находился штаб 5-й эскадры. Корабли эскадры были разбросаны по временным стоянкам на довольно большой территории. В Кесовой горе, например, «квартировали» линейные крейсера «Ямбург», «Ревель» и «Свеаборг», а в Мологе стояли «Архангельск», два фрегата сопровождения – «Дерзкий» и «Дозорный» – и судно снабжения «Олонец», – то есть вся авианосная группа «Рцы».
Сержант-водитель довез Лизу до Ярославской улицы и высадил у порога чайной. Дальше ей предстояло добираться самой, но Лиза уже видела – идти ей недалеко и недолго. Огромный корпус «Архангельска» вздымался над домами, как гора.
«Здоровый черт!» – подумала она оторопело.
Все-таки одно дело просматривать сухие числа в справочнике или рабочем документе, и совсем другое – увидеть корабль вот так, своими глазами, при подходящем освещении и в правильной перспективе. Старые городские дома служили эталоном размерности и позволяли понять масштаб всей конструкции.
«Большой… Ну, так по-другому и быть не может! На него же, считай, целый штурмовой полк базируется».
Самое странное, что сейчас она ясно вспомнила «Ниен», на котором Елизавета прослужила несколько лет. Другой вопрос, как могла его помнить Лиза. Не могла, наверное, но помнила. Вид с надстройки к корме… Старт штурмовика в сплошной облачности… Необъятность полетной палубы…
«Да, подруга, приплыли! Все, что было не со мной, помню…»
Вспомнилось и другое.
