0
0– Господи Всемогущий! – Клавдия от восторга даже встала из-за стола. – Это «Глория Деи», ведь я не сплю?
Лиза присмотрелась. Цветы были огромные, ярко-желтые с розово-красным краем, махровые и обладали таким сильным ароматом, что разом вытеснили из палаты все больничные запахи.
– Браво! – сказала она, вставая. – И нетривиально. Выходите на свет, «Мистер Икс». Родина должна знать своих героев!
Букет – у него, разумеется, имелись ноги, обутые в офицерские ботинки с высокими голенищами – аккуратно отступил в сторону, и на авансцену вышел полковник Рощин собственной персоной.
– Капитан! – бросил он ладонь к козырьку фуражки с высокой тульей. – Дамы! Полковник Рощин, штабс-капитан Северин, – движение рукой в сторону офицера, шагнувшего из-за его правого плеча, – в роли букета поручик Львов. Честь имею представиться!
– Здравствуйте, полковник! – улыбнулась Лиза. – Рада, что уцелели! И за цветы спасибо! Ограбили оранжерею?
– Ни в коем случае! – Рощин смотрел ей прямо в глаза, странно смотрел. Лизе даже неловко стало. – Военный трофей!
– Господин полковник! – сунулся в палату кто-то невидимый за спиной Рощина. – Все недоразумения улажены! Просили только не шуметь!
– То есть предлагаете пригласить вас за стол? – усмехнулась Лиза.
– А разве нет? – поднял бровь Рощин.
– Наглость второе счастье, – прокомментировала ситуацию Надежда.
– Не удивляйся! – бросила через плечо Лиза. – Гвардейские пластуны! Вы не представляете, полковник, как вы похожи на моего брата!
«Так значит, Гриня мне уже брат?»
– Прошу прощения, госпожа капитан, – Рощин дал-таки слабину, не назвал ее господином, – ваш брат пластун? В каком полку служит?
– Он командир третьего пластунского.
– Полковник Берг ваш брат?
– По матери, – уточнила Лиза.
– У вас славная семья, капитан! – уважительно кивнул Рощин. – По последним данным, полковник Берг ночным рейдом овладел крепостью Чердынь. Путь на Южный Урал открыт!
– О как! – удивилась Лиза. – А что с аэрополем в Покче?
– Я же сказал, капитан, Пермский край наш!
Полковник Рощин оказался совсем не таким, каким рисовало его Лизино воображение. Не солдафон и не дурак. Впрочем, дураки полковниками становятся редко, да и то не в гвардейском спецназе. Пил он, к удивлению Лизы, немного, вел себя сдержанно, говорил интеллигентно. Легко поддерживал беседу и замечательно рассказывал истории. Смешные по большей части. И что любопытно, без мата и скабрезностей.
Теперь, когда они сидели за одним столом, Лиза, наконец, его рассмотрела. Лицо сухое, удлиненное, но скорее интересное, чем наоборот. Глаза внимательные, жесткие, прозрачно голубые. И волосы, постриженные под бокс, оказались не просто светлыми, но и наполовину седыми. Серьезный мужчина. Не мальчик, и цену себе знает.
