0
0– Я, я, я! Всюду твое драгоценное Я! А где тогда мое Я? Обо мне ты подумал? Мое мнение принял в расчет?
– Извини! – сдал назад Паганель. – Наверное, ты права, но я не привык…
– Ты! – улыбнулась Лиза.
– Что ж, – добавил он через мгновение, – ты своего решения не изменишь, но тогда я остаюсь в Шлиссельбурге.
– Но не между Англией и Себерией.
– Когда на город посыплются бомбы, им будет безразлично, какое у тебя подданство.
– Я остаюсь! – повторил Яков.
– Вот же ты упрямый!
– Я – да! – согласилась Лиза. – Ладно, оставайся, что с тобой делать! И не вздумай переезжать на постоялый двор. Живи у меня!
– А если бы я жила у тебя? – улыбнулась Лиза. – Кто тут хвастался намедни замком в Ардвиче?
– Не замок, Лиза, просто дом на берегу озера. И потом это другое! Жена может жить у мужа, а муж у жены не может. Так не принято!
– Ты мне пока не муж, Яша! – остановила его Лиза. – Ты любовник, а любовник у любовницы жить может без угрызений совести. Это нормально. Примаком не назовут. Вот и живи!
– Сложная ты женщина, Лиза!
– Ну, если не красотой и молодостью, – криво усмехнулась Лиза, вспомнив свои вчерашние мысли, – то чем мне тебя тогда заинтересовать?
– Заинтересовала! – кивнул Джейкоб. – Не каждый день встретишь в сердце Африки одинокую белую женщину, взбирающуюся без страховки на вертикальную стену. Я серьезно!
– Вот и отлично! – Лиза решила, что тему пора закрывать, а то они так до утра не закончат, а транспорт – в полночь!
– Мне надо еще кое-какие бумаги привести в порядок, – добавила она через мгновение и увидела, как разом выцветают глаза мужчины. Не дурак, чай, понимает, о каких бумагах речь. – Будь другом, Яша, свари мне кофе. Я недолго!
Лиза повернулась и поспешила уйти в кабинет. Видеть больные глаза Джейкоба было выше ее сил.
Вошла, закрыла за собой дверь, прислонилась к ней спиной и стояла так минуту или две. Писать завещание было страшно. Расставаться с Яковом – возможно, навсегда – больно и нелепо. Но она приняла на себя определенные обязательства, когда вселилась в это тело, получила вместе с ним не только имя, но и судьбу.
«Что ж… – она отлипла от двери и медленно подошла к столу. – Завещание. Я должна…»
На самом деле, все было сделано заранее. Такие вещи на произвол судьбы не оставляют. Не доверяют случаю. Не спохватываются в последний момент. Безответственно это, и вообще…
Лиза открыла сейф. Достала завещание. Просмотрела, хотя после многих переделок знала его наизусть. Это был последний вариант – крайний, как говорят авиаторы. Нотариус заверил его две недели назад, но дело было не в нем, а в письмах, которые она то ли оставит, то ли – нет. По новому завещанию в случае ее смерти титул, квартира на Смолянке и мыза «Кобонский бор» переходили к Григорию.
