0
0– Думаю, двоих мы угомонили навсегда, но, возможно, есть еще и раненые.
– Но их было больше, не так ли?
– Численное превосходство не всегда ключ к победе, – возразила Анна. – Воюют мозгами, а не кулаками, у нас просто не хватило мозгов.
– Хорошая мысль, – согласилась Лиза, вспомнив суворовское «воюют не числом, а умением». – Кто сказал?
– Король Римский Цезаре Борджиа.
Про Цезаря Борджиа Лиза читала в детстве. Вернее, она читала про Леонардо да Винчи, а тот как раз дружил с этим самым Борджиа. Но Лиза определенно помнила, что ни о каком короле Римском в той книге и речи не шло. Там даже такого титула не было.
«Король Римский! Ну, надо же! Впрочем…»
Себерии в том варианте истории, который Лиза изучала в школе, тоже не было, и что теперь?
– Как все происходило? – спросила Лиза.
– На третий день после того, как ушел Бейли, нашли сокровища. Оказалось, они в самой глубокой части пещеры, и доставать их оттуда, через два колодца и колено, сложно и долго. На пятый день подняли первую золотую голову. На шестой – еще одну голову и серебряную статую. Дело шло медленно. Не хватало веревок, и «Звезду Севера» не вызовешь. Англичане могут засечь или франки. В общем, Нольф и Райт решили сначала достать сокровища, а потом уж вызывать бриг. О том, что он захвачен, мы, разумеется, не знали.
– Там действительно так много золота?
Лиза никак не могла взять в толк, что бы это могло означать. Сама она нашла два клада. Один большой, который и полагала настоящими сокровищами Кано, другой – маленький. Относительно маленький, разумеется, но все же куда меньше того, где хранился афаэр. А теперь выясняется, что есть еще и третий. Так что вопрос о его размере она задала не случайно.
– Не знаю, – пожала плечами Анна.
– Как так? – удивилась Лиза.
– Линдеман сказал, много, но точной оценки дать не смог, а наших, чтобы спросить, там никого не было. Вот Райт и пошел с Нольфом и Мари оценивать клад. Только спустились вниз, как эти суки взялись за нас. Так что уйти удалось только тем, кто был наверху. Внизу с Райтом остались три человека.
«Вот так-так! А если так?»
Идея, неожиданно мелькнувшая у Лизы во время рассказа Монтанелли, на первый взгляд казалась совершенно дикой. Но в то же время она была не лишена той толики божественного безумия, которое одно отмечает по-настоящему оригинальные планы. Кроме того, она «всплыла» сразу вдруг, словно сложилась, наконец, разбитая на тысячу осколков мозаика. Такие решения ученые в мире Лизы называли английским термином «инсайт». Дословно не перевести, но смысл именно в мгновенном постижении. У Лизы инсайт в последнее время получался, как никогда прежде. Возможно, это было связано с «подселением» в Елизавету Браге.
