3
0Но она даже не оглянулась.
Наконец Корлисс отстала от нее и пошла искать кого-нибудь другого, чтобы расспросить о кровавых деталях.
Сын тети Глории, Бэрон, жил в Чарлете, и его вместе с женой и тремя детьми ждали к полудню. Но даже без них уже больше десятка членов семейства толпилось в гостиной и кухне около кофейного подноса, перемещаясь то туда, то обратно. Пока еще никому не разрешали подниматься наверх, хотя Джесси уже давно унесли. Там все еще работала группа экспертов, снимая отпечатки пальцев и фотографируя.
Старый дом был переполнен людьми, но Роанна старалась их не замечать. Ее опять стал бить озноб, и она изо всех сил обхватила себя руками.
Ее не оставляло чувство вины перед Уэббом. Все произошло из-за нее. Если бы только она его не поцеловала!
Уэбб не убивал Джесси. Ей хотелось закричать об этом во весь голос, чтобы они даже не смели думать о нем такое! Но помимо воли она слышала, как Глория и Гарлен так же убежденно говорили о его виновности, как некоторое время назад, что убийца — она. Уэбб не мог хладнокровно убить беззащитную женщину! Как они смеют даже думать об этом?
Какой бы злой и испорченной ни была Джесси, что бы она там ни вопила в запале, он никогда бы не стал убивать ее. Роанна вспомнила, как Уэбб целую ночь просидел в конюшне, помогая Лойелу принимать роды у кобылы, и как выхаживал потом слабенького жеребенка. Нет, он не мог убить.
В том, что Джесси убили, была вина и ее, Роанны. Она любила Уэбба и не смогла сдержать свой порыв, и это привело к цепи роковых событий. Роанна не представляла, кто мог убить Джесси, но она твердо знала, что не Уэбб. Каждой клеткой своего тела она чувствовала это, так же как и то, что теперь он никогда не простит ее.
Когда шериф Боули предложил Уэббу проехаться с ним в участок, у нее не было сил взглянуть на него перед его уходом. Она боялась увидеть в глазах злобу и осуждение и знала, что не вынесет такого. Никогда она не чувствовала себя такой одинокой, как будто между нею и остальным миром образовалась невидимая стена. Она слышала, как позади нее тихо
Плакала бабушка и как Глория утешала ее, но все это было как будто уже в другой жизни.
Ей уже никогда не забыть, как Гарлен и Глория с пеной у рта обвиняли ее в убийстве Джесси и как шарахались от нее, как от прокаженной. Даже когда шериф сказал, что он не считает ее виновной, никто не подошел к ней и не извинился, даже бабушка, хотя Роанна расслышала, как она сказала шерифу: «Слава Богу!»
Всю свою жизнь она хотела добиться любви этих людей, старалась быть той послушной девочкой, какой они хотели ее видеть, но ей это так и не удалось. Только Уэбб один заботился о ней, но она своими руками уничтожила их дружбу. Если она теперь покинет этот дом, то ее отъезда даже никто не заметит.
