Под покровом ночи

Она — настоящая Давенпорт и тоже королева, как Люсинда, только по-своему.

Его мысли прервал голос Боули:

— Вы не припомните кого-нибудь, кто питал к вам сильную ненависть или зависть? Уэбб устало покачал головой:

— Я просто мозги себе сломал, пытаясь что-нибудь вспомнить. Даже старые бумаги просмотрел, пытаясь найти хоть какую-нибудь зацепку.

— И все-таки постарайтесь вспомнить. После убийства Джесси больше всего меня беспокоило то, что в нем, казалось, не было никакого смысла, никакой причины, но убийства без причины не бывает. И если верна ваша теория, кто-то охотится именно за вами, а Джесси просто не вовремя оказалась на дороге.

— Будем надеяться, что мы обнаружим убийцу раньше, чем он выстрелит в меня или кто-то еще попадется на его пути.

Повесив трубку, Уэбб попытался связать воедино разрозненные факты, но ясной картины все равно не получалось. Ему необходимо быть в городе по делам, и предстояло решить задачу — двигаться ли безопасным кружным путем или рискнуть и поехать обычным маршрутом, где его мог поджидать убийца, следовательно, возникала возможность поймать его. Разумеется, если тот промахнется. Тут было над чем поразмыслить!

Люсинда спустилась к ужину вечером, первый раз за день покинув свою комнату. Слабость ее усилилась, и лицо было воскового цвета, но оно сияло оттого, что задуманный ею вечер прошел успешно. Многие друзья звонили ей сегодня днем и восхищались великолепно организованным приемом. Цель достигнута.

За столом собрались все, кроме Корлисс, которая ушла утром и еще не вернулась. После нескольких минут непринужденного разговора Люсинда, взглянув на Роанну, произнесла:

— Дорогая, я так горжусь тобой. То, что ты сказала всем гостям вчера вечером, очень важно.

Присутствующие в столовой родственники недоуменно переглянулись.

— А что, собственно, случилось? — спросила Глория.

— Кора Колфелд сделала недопустимое замечание по поводу Уэбба, и Роанна выступила в его защиту. Она заставила всех устыдиться своего поведения, — пояснила Люсинда.

— Кора Колфелд? — в ужасе вскричала Ланетг. — Но она никогда не простит этого Роанне!

— Совсем наоборот. Кора сегодня звонила и извинялась за свою бестактность. Признание собственной не правоты присуще настоящим леди.

Роанна не поняла, был ли это выпад против Глории, что весьма вероятно, потому что Глория никогда не признавала своих ошибок. Люсинда и Глория любили друг друга, но их отношения складывались далеко не безоблачно.

Встретившись с Роанной глазами, Уэбб улыбнулся. Слегка покраснев, она ответила улыбкой тоже.

С силой распахнувшаяся передняя дверь ударилась об облицованную плиткой стену прихожей.

— Ио-хоо! — раздался дикий крик Корлисс.