5
0Ей казалось, что она сейчас умрет от стыда.
В ужасе Роанна отступила назад, и хорошо выдрессированная лошадь шагнула за ней.
— Прости, — губы едва слушались ее, — я не хотела… я знаю, что обещала… о Господи!
Пробормотав еще что-то бессвязное, она вскочила на лошадь и пустила ее в галоп. Он что-то кричал ей вслед, он она не остановилась. Слезы хлынули из глаз, и, пригнувшись к шее лошади, она дала ей шпоры. Наверное, она никогда не сможет взглянуть ему в лицо, не сможет забыть того, что он оттолкнул ее.
Уэбб смотрел ей вслед. Его лицо побелело, руки были сжаты в кулаки. Он ругал себя последними словами. Осел, как он мог так поступить! Но он так желал ее весь этот день, что, когда она прижалась к нему, потерял голову.
Ему захотелось повалить ее и овладеть ею прямо здесь, на пыльной земле. Он притянул ее к себе, но вдруг увидел, как беспомощно откинулась назад ее голова, и осознал, как был груб с ней.
Он заставил ее лечь с собой в постель в мотеле, использовав шантаж, а сейчас уже почти готов использовать грубую силу. Он только поцеловал ее и тут же перестал владеть собой, а потом… Потом он оттолкнул ее, его Роанну, которая так боялась быть отвергнутой, что всегда замыкалась в себе, чтобы не дать никому возможности ранить себя. В панцире, которым она себя окружила, он был ее единственным уязвимым местом, и вот, нате вам! Он хотел поговорить с ней о той ночи, все объяснить… А еще спросить, если бы, конечно, осмелился, не запаздывают ли у нее месячные. Но неуклюжие, неловкие слова, которые он из себя выдавил, потрясли ее, и бедная девочка исчезла раньше, чем он смог что-либо объяснить.
Теперь ему не догнать ее. Ее лошадь не самое быстроногое существо на свете, но у него точно такая же, и к тому же Роанна весит меньше, чем он, и гораздо лучше ездит верхом. Преследовать ее сейчас — пустая трата времени.
И все-таки надо поспешить назад и срочно объясниться, чтобы с ее лица исчезло это затравленное, больное выражение.
Роанна не поехала к дому. Ей сейчас хотелось только одного — мчаться без остановки и никогда больше не видеть лица Уэбба. У нее было чувство, как будто ее ударили, и боль была настолько сильной, что она не могла никого видеть.
Все время избегать его она, конечно, не сможет. Пока жива Люсинда, ей никуда не деться из Давен-корта. Итак, завтра она должна найти в себе силы встретиться с ним и сделать вид, что ничего не случилось. Завтра ее защитная броня восстановится. Может быть, в ней и останется несколько трещин, но этого все равно никто не заметит.
Роанна скакала по окрестностям до самого вечера. Лишь один раз она остановилась у тенистого ручья, чтобы напоить лошадь и дать ей попастись на мягкой свежей траве.
