5
0— Но тебе он тоже еще не принадлежит? Еще многое может произойти до тех пор, пока тетя Люсинда умрет.
Ее слова прозвучали как угроза. Пожалуй, с него хватит.
— Короче, я тебя предупредил. Будешь делать пакости — вылетишь отсюда быстрее собственного визга. А теперь — убирайся, и чтобы я тебя не видел.
Повернувшись к нему спиной, Корлисс пошла по коридору, независимо виляя бедрами, чтобы показать, что ничуть не испугана. Может, и так, но ему это безразлично — скоро ее здесь не будет.
Тихо открыв дверь кабинета, он заглянул внутрь, чтобы убедиться, не разбудила ли Роанну их ссора.
Она спала, свернувшись клубочком в большом кожаном кресле. Темно-каштановые волосы разметались вокруг лица, от сна на щеках появился легкий румянец, грудь мерно поднималась, едва обозначенная под легкой кофточкой.
Она выглядела совсем так же, как в их единственную ночь в мотеле. Если бы он знал тогда, как редко ей удается заснуть, он бы сдержался и не утомлял ее так сильно. Он вспомнил, как она лежала, прижавшись к нему и так же свернувшись калачиком
Корлисс трясло, когда она поднималась по лестнице. Добравшись до своей комнаты, она закрыла дверь на ключ и судорожно начала открывать ящики комода. Того, что искала, там не было, и она стала рыться в возможных тайниках — в обшивке дивана, в пустой коробочке из-под кольдкрема, в подставке камина, даже в коробках из-под обуви. Ничего. И тем не менее она немного успокоилась.
Как он посмел так говорить с ней? Корлисс его ненавидела, как раньше ненавидела Джесси, а теперь Роанну. Это несправедливо! Почему они всегда жили в Давенкорте, а ей предназначено было родиться и жить в маленьком скромном домике на окраине? С ней обращались в школе как с бедной родственницей богатых Давенкортов. Но порой в жизни случается и кое-что хорошее, например, убийство Джесси и обвинение Уэбба. Вот уж везение! Господи, она чуть не плакала от радости, когда дело обернулось таким образом! Уэбб уехал, все стало на свои места, и ее семейство переехало в Давенкорт, где оно и должно было находиться с самого начала.
С тех пор у нее появилось много друзей, настоящих, крутых, а не этих чопорных зануд-южан, которые никак не могли забыть о том, что их предки сражались в Гражданской войне и считали зазорным ругаться в присутствии женщин. Ее друзья умели веселиться.
Она умная девочка, она употребляет только легкие наркотики. Этот легкий белый порошок… Один вдох — и ты на вершине мира, самая красивая и сексуальная. Однажды, приняв дозу, она имела одного за другим трех парней, а потом всех троих сразу. Классно. Потом у нее уже так не выходило. Несколько раз у нее возникали проблемы, и ей нужно было ездить в Мемфис, подальше от родного города, и искать там гинеколога.
