0
0Внимание почему-то расплывалось, мешая концентрироваться на словах судьи, открывающего судебное заседание, пока он громким и хорошо поставленным голосом объявлял, что сегодня и сейчас рассмотрению подлежит дело по обвинению Ясеневой Евы Сергеевны в совершении преступления предусмотренного пунктом «б» части третьей статьи сто одиннадцатой уголовно процессуального кодекса.
В этот момент огонек надежды внутри меня почти погас, любезно уступив место смятению и неуверенности. Жар прилил к лицу, не давая сосредоточиться на словах судьи.
Голос секретаря, докладывающего о явке лиц, участвующих в судебном заседании, звучал глухо и почти неразборчиво. Слова долетали будто издалека.
Однако, хорошо зная порядок судебного заседания, в нужное время я по требованию судьи назвала свои фамилию, имя и отчество, дату и место рождения, образование, семейное положение, место жительства и род занятий. Ответила положительно на вопрос о вручении обвинительного заключения. Выслушала разъяснение собственных прав, которые и без того знала наизусть. И вскоре планировала воспользоваться одним из них.
Поэтому, когда судья спросил о наличии или отсутствии у кого-либо из участников ходатайств и заявлений, я, сделав шаг к прутьям решетки, произнесла:
— У меня есть ходатайство, ваша честь. Я хочу, чтобы с этого момента мою защиту в рамках данного уголовного дела осуществлял адвокат Лазарев Денис Станиславович.
Судья Кислицын, не скрывая собственных эмоций по поводу моего заявления, демонстративно скривился:
— Вы ведь ранее сочли, что можете защищать себя самостоятельно? Что изменилось, Ева Сергеевна?
Прекрасно понимала причину его нежелания удовлетворять моё ходатайство, наряду с необходимостью это сделать. Отсутствие в зале заседаний моего адвоката означало, что судебное заседание придется отложить до момента его явки, а Кислицын, вероятно, желал рассмотреть дело побыстрее.
— Передумала. Насколько я помню, уголовно-процессуальный кодекс не лишает меня такого права.
— Вы ведь уже отказались от него же. Может быть мы могли бы пригласить кого-то другого, кто справился бы с защитой ваших интересов?
А вот это уже прозвучало подозрительно и заставило мои плечи непроизвольно напрячься. Теоретически судье должно было быть фиолетово, какой именно адвокат будет меня защищать. Так почему не Лазарев? Или он знал что-то, что не было известно мне самой?
Заметив, как судья сделал знак секретарю сделать паузу в аудиопротоколе, решительно отмела сомнения и тревогу и произнесла, собрав в себе всю возможную уверенность:
— Ваша честь, другой адвокат мне не подойдет. Мне нужен только Лазарев и я настаиваю именно на его участии.
