Пленённая принцесса

Моя голова распухшая и тяжелая. Я чувствую себя такой разбитой, что хочется немедленно снова провалиться в сон, но внутренний голос настойчиво твердит, что нужно вставать.

Я сажусь, до талии стянув одеяло, и моя голова тут же начинает кружиться. Мне приходится наклониться вперед, прижав ладони к вискам, чтобы хоть немного зафиксировать себя в пространстве.

Когда ко мне возвращается четкое зрение, я оглядываюсь, хлопая глазами и пытаясь разглядеть очертания комнаты.

На окнах нет занавесок, и тем не менее лунный свет сюда почти не пробивается. Мне едва удается рассмотреть хоть что-то. Я сижу на кровати с балдахином в помещении, похожем на огромную спальню. Вдоль стен расставлена массивная мебель, размерами не уступающая небольшому слону, — платяной шкаф, трюмо и нечто, напоминающее издалека письменный стол. Еще в стене есть огромный проем, в котором я могла бы поместиться во весь рост, — по всей видимости, камин. Он похож на пещеру. Пещеру, в которой может скрываться что угодно.

Словно искры от костра, в моем мозгу вспыхивают воспоминания. Руль, дрожащий в моих руках. Солнце, скользящее по мне, когда я выхожу из машины. Темноволосый мужчина с сочувствием на лице и холодом в глазах.

Мое сердце начинает бешено биться. Я в незнакомом доме, куда меня привез незнакомый мужчина.

Осознание этого факта не шокирует меня так сильно, как шокировало бы любую другую девушку на моем месте. Я дочь мафиози. Нежась в лучах солнца на лазурных берегах, я никогда не забываю об акулах, поджидающих меня в море. Опасность скрывается на каждом углу. Она в беседах, которые ведет мой отец в своем кабинете, когда я прохожу мимо. В тревожных складках на лицах моих родителей.

Так что, думаю, я всегда знала, что со мной произойдет что-то подобное. Я никогда не чувствовала себя в полной безопасности, какой бы заботой меня ни окружали.

И все же теория и реальность — это разные вещи. Я больше не под родительским крылом. Я в доме врага. И не знаю, кто он. Но знаю, каков он. Эти люди беспощадны, жестоки и безжалостны. Что бы они со мной ни сделали, добром это не закончится.

И поэтому мне нужно выбираться отсюда.

Я вылезаю из-под одеяла, намереваясь бежать.

Как только мои ступни касаются пола, понимаю, что я босая. Кто-то снял с меня обувь и носки.

Это не важно. Я могу бежать и босиком, если только пол не усеян осколками стекла.

Однако стоит мне попытаться сделать шаг, как колени подгибаются, и я падаю, выставляя вперед ладони. Моя голова словно воздушный шарик, едва прикрепленный к плечам, а желудок снова и снова описывает мертвую петлю.

К горлу подбирается тошнота, и я сглатываю, глаза полны слез. У меня нет времени ни на плач, ни на рвоту. Мне нужно сбежать.

Я ползу к двери, словно преодолевая расстояние размером с футбольное поле.