Ослепительный оскал

Она сунула руку в широкий квадратный карман пальто. Я держал палец на спуске пистолета. Но она вытащила всего лишь ключ и отперла замок. Я снял цепь и распахнул ворота.

Уна вцепилась мне в руку.

– Что произошло с Максом? Его зарезали как Люси?

– Нет, поджарили как Жанну Д'Арк.

– Сегодня на рассвете. Мы нашли его в разбитой машине. Машина принадлежала Чарльзу Синглентону, и на Хэйсе была одежда Синглентона. – Чья одежда?

Ее пальцы впились в мою руку. Такой близкий контакт с ней был неприятным и странным. Мне казалось, что я зацепился рукой за колючий кустарник. Я стряхнул ее руку.

– Вы знаете его, Уна, золотого мальчика, за которым бегала Бесс. Кто-то оглушил Хэйса, обрядил его в одежду Синглентона и разыграл дело таким образом, будто этим утром был убит Синглентон. Но ведь вам хорошо это известно, не так ли?

– Если вы думаете, что это сделал Лео, то вы сошли с ума!

– Я удивлен, что в вашей семье все еще пользуются этими словами.

Ее взгляд, неотрывно прикованный ко мне, метнулся в сторону. Опустив голову, она сказала:

– Сегодня утром Лео был дома в постели. Я могу это доказать с помощью его сиделки. Лео очень больной человек.

– Паранойя? – спросил я.

Вымученное спокойствие слетело с нее как маска.

– Проклятые больничные костоломы! Они обещали мне хранить профессиональную тайну. Ну, я им покажу профессиональную тайну, когда они в следующий раз пришлют мне счет!

– Не вините клинику. Я достаточно насмотрелся на судах, чтобы распознать симптомы паранойи.

– Вы никогда не видели моего брата.

Я не ответил на ее невысказанный вопрос.

– Я собираюсь повидать его сейчас.

– Я хорошо забочусь о Лео! – зарычала она внезапно. – За ним ухаживают опытные сиделки! Каждый день приходит врач. Я служу ему как раба, готовлю ему любимые блюда. Если нужно, сама кормлю его с ложки.

Она оборвала поток слов и отвернулась, стыдясь прорвавшегося наружу своего второго "я" – заботливой пожилой женщины.

Я взял ее за жесткий локоть и повел к дому. Его красный кирпичный верх загораживал солнце. Я посмотрел на зарешеченные окна, за которыми сидел Лео Дюрано, получая самый лучший уход, и услышал тихое слово, повторяющееся за стенами, много раз, как эхо.

За входной дверью находилась спиральная железная лестница, ведущая наверх. Уна поднялась по ней и повела меня по длинному коридору. Почти в самом конце его у закрытой двери сидел в кресле полный молодой человек в белом халате.

Мое появление его удивило.

– Врач? – спросил он.

– Просто посетитель.

– Я не стал бы этого делать, мисс Дюрано. Сегодня с ним очень трудно иметь дело. Мне пришлось запереть его.

– Откройте дверь, Дональд, – приказала Уна.

Он вынул ключ из кармана большого, как тент, халата и отпер дверь.