Опасные любовные связи

Домино вернулась домой – в свою квартиру. Она хотела принять душ, понежиться подольше под тугими горячими струями, отдохнуть после работы. У нее не было телевизора, поэтому о пресс-конференции с главой полиции Майами она не знала, пока десять минут спустя ей не позвонили из ОЭН. Сам факт существования записи ее, конечно, не удивил, но она хотела знать, что именно зафиксировали камеры. Как бы там ни было, с пленкой следовало разобраться. И хотя задание было выполнено кошмарно, она свое дело сделала.

Когда еще совсем ребенком она выбирала себе кодовое имя в академии ОЭН, одногруппники посмеивались над ней, думая, что она собралась подражать знаменитой одноименной героине Марвеловских комиксов, наемнице-мутантке со сверхъестественными силами, помогавшими ей справиться с любой, даже самой опасной, ситуацией.

И хотя, по ее задумке, имя происходило от обычных игральных костяшек, иногда (например, сейчас), Домино думала, что ей бы не помешали кое-какие силы героини комиксов, если бы только это гарантировало, что удача будет на ее стороне.

Любимая музыка помогала расслабиться, но Домино была на взводе, и не могла уснуть.

Поэтому она взялась за новую постройку, аккуратно выложив доминошки на безукоризненно гладком паркете из твердых пород дерева.

Домино жила в этой просторной квартире на окраине Вашингтона уже шесть лет, хотя и приходилось часто уезжать по работе. Кроме книг и компактов, там было мало личных вещей, и всюду царила такая строгость и простота, что казалось, хозяйка только-только переехала на новое место. Никаких картин или постеров на безукоризненно-белых стенах, никаких журналов на журнальном столике.

Вообще-то, Домино не хватало уюта, а некоторые места, которые она посетила, она хотела бы украсть у вечности, запечатлев на пленке.

Куда только ни забрасывали ее задания, и хотя она была «при исполнении», каждую свободную минуту Домино посвящала созерцанию красот окружающих ландшафтов.

Ради работы она могла отключить все эмоции, а могла отключиться от работы ради пары минут умиротворения. Только поражение, не обернувшееся никакими последствиями, могло дать ей такие ощущения. Как в церкви. Или в храме. Но щелканье затвором между заданиями было ей недоступно.

Первое правило – никаких свидетельств того, что ты была там-то и там-то.

В спальне у нее были шкаф, стол и …матрас на сдвинутых вместе ящиках. Диван в гостиной стоял напротив огромного, во всю стену, окна с видом на город. В кухне – только холодильник и раковина: Домино никогда не готовила. Во всей квартире – только одно зеркало – и то в аптечке. Минилампы с изменяемым направлением освещения льют мягкий приглушенный свет.

Повсюду – высокие стеллажи, от пола до потолка, уставленные книгами.